Тема дня: На Ставрополье празднуют День края

Враг рядом: что делать, если вас кто-то преследует?

16.04.2018, 18:22 Ставропольский край
«Он постоянно копался в моих вещах, искал поводы для очередной истерики. Иногда хватал за руки так, что оставались синяки. После работы часто караулил. Приходилось скрываться, просить подруг встречать меня, выключать телефон…».

Эту историю нам рассказала 22-летняя Анастасия Барановская. Девушка стала одной из жертв так называемого сталкинга – невероятно навязчивого преследования со стороны влюблённого в неё молодого человека. Со своим ухажёром Настя познакомилась прямо на рабочем месте, однако красивый служебный роман вскоре превратился в нечто кошмарное.

Анастасия Барановская, 22 года:

Он был интересным собеседником, хорошим специалистом – сказка. Потом оказалось, что у него проблемы с алкоголем, несколько раз в неделю приходилось вытаскивать его из баров.

Решила распрощаться по-хорошему. Это было сложно, ведь каждый день пришлось бы пересекаться по работе. Набралась сил, чтобы разорвать болезненные и неправильные отношения. Не тут-то было.

Все попытки заканчивались одинаково. Мы ссорились, он начинал шантажировать меня служебными моментами – обещал не читать мои тексты, придираться к работе. Никогда не думала, что мне, девочке из приличной семьи, придётся столкнуться с таким психологическим насилием.

Когда я стала избегать его в свободное время, начинал писать в социальных сетях, предлагал встретиться, преследовал через друзей и коллег.

При всём при этом он стал работать хуже, так что на меня давили коллеги: просили поговорить с ним, добиться того, чтобы он смог выполнять свои обязанности качественно и делать всё вовремя и без ошибок. Наступало вынужденное временное перемирие, а потом – всё заново.

В конце концов я не только сменила место работы, но и переехала в другой город. Сейчас всё хорошо.

Анастасия Романова, 25 лет:

В 2016 году я столкнулась со странными и назойливыми приставаниями незнакомого человека.

Впервые я увидела его в общественном транспорте. Обыкновенный на вид мужчина, лет тридцати пяти. Он рассказывал детям, что является тренером по сдаче норм ГТО, приглашал посетить его занятия.

Из автобуса мы вышли вместе, и мужчина окликнул меня. Я решила, что он собирается спросить, который час, или как пройти по такому-то адресу. Вместо этого он начал делать мне комплименты и заявлять, что я – идеальная «представительница арийской расы». Говорил, что наблюдает за мной уже давно, прекрасно знает, где я живу, чем занимаюсь и даже какую одежду люблю носить – и действительно, точно указал и то, и другое, и третье.

Мне стало по-настоящему страшно. Я спросила, чего он хочет и зачем следит за мной. Ответ был поразительным: чтобы вновь возвеличить арийцев. С этой целью он предложил уединиться с ним в лесу. К счастью, когда мы дошли до дома, мне удалось от него избавиться.

Вскоре я забыла об этом неприятном разговоре – до тех пор, пока не встретила его на остановке возле работы. Наверное, он меня ждал. И опять то же самое – комплименты, «чистота расы», предложения уединиться в лесу, нацистские комментарии в адрес моего молодого человека. И, конечно же, новые и весьма точные упоминания того, чем я занимаюсь и в каких местах бываю.

Я обратилась в ФСБ. Вместе с сотрудниками мы составили фоторобот злоумышленника, я рассказала всё, что знаю, где и при каких обстоятельствах его встречала. Правоохранители дали мне личные номера телефонов и попросили отзвониться, как только я увижу его в следующий раз.

Долго ждать не пришлось. Через некоторое время он опять появился возле моего дома. К счастью, со мной был знакомый, и я просто попросила проводить меня. Странный преследователь за нами не пошел, но в тот же день я вновь сообщила о нём спецслужбам.

На этом преследование закончилось. Правда, спустя какое-то время он нашел меня в социальных сетях и начал присылать нацистскую символику, комментировать фотографии и записи. Однако потом прекратилось и это. Уже два года я живу спокойно.

Наталья Боцанюк, 22 года:

В 16 лет встречалась с парнем, по молодости повелась на его обаяние и взрослый для меня возраст – 21 год. На первый взгляд, очень открытый, весёлый, дружелюбный человек, со всеми может найти общий язык, быстро договориться. Потом оказалось, что не всё так хорошо – начал проявлять безответственность, ревность и грубость.

Устраивал скандалы. Не могла нормально погулять с друзьями: подъезжал на машине, кричал, оскорблял моих близких. Со временем его начали избегать все мои знакомые. Советовали порвать отношения. Я не хотела и врала, что всё хорошо – надеялась, что всё наладится, а, может, просто было стыдно, что довела всё до постоянных скандалов.

Когда я сама впервые заговорила о расставании, отвёз меня в лес и чуть не придушил. Это повторялось несколько раз, он угрожал и говорил, что я всё равно останусь с ним. Не знаю, почему я никому не рассказала – ни родственникам, ни правоохранителям. Наверное, потому что сильно боялась.

Жить стало невыносимо. В конце концов он забрал у меня паспорт. Лишь тогда я нашла в себе силы обратиться в полицию с заявлением о хищении документа.

Паспорт удалось вернуть. После этого преследование продолжалось ещё по крайней мере год. Он следил, с какими парнями я общаюсь, делал так, чтобы они мне больше не звонили. Потом замолк. Оказалось, сел на полгода в тюрьму за какое-то мелкое преступление. Но и оттуда несколько раз звонил, в том числе посреди ночи, держал меня в состоянии постоянного страха, даже находясь за сотни километров и под стражей.

Сейчас мне 22 года, у меня есть молодой человек. Я уже не боюсь, хотя знаю, что мой преследователь отбыл свой срок, живёт в том же городе, работает таксистом. Время от времени я его вижу: может подъехать, резко остановившись – специально чтобы напугать. Но так открыто больше не преследует. Я просто прохожу мимо. Сейчас он для меня – просто привидение, воплощение детского страха, который я когда-то смогла перебороть.

Почему это происходит?

По оценкам социологов, проблема сталкинга в России остаётся весьма актуальной. С навязчивыми преследованиями сталкивались каждая четвёртая женщина и каждый 13-й мужчина. Причём около 50 процентов всех «сталкеров» – это бывшие партнёры, чувствующие неудовлетворённость после неудавшегося романа.

О том, как реагировать на чересчур навязчивых поклонников и что лежит в основе их ненормального поведения, нам рассказала ставропольский психолог Марина Грицай.

- Марина, являются ли действия «сталкеров» психологическим отклонением?

- Все участники подобных конфликтов чаще всего вступают в так называемые психологические игры, в которых отыгрывают определённые социальные роли. Одна из таких моделей называется «Драматический треугольник Стивена Карпмана». Согласно исследованию, есть три игрока: «жертва», «преследователь» и «спасатель», и каждый из них в сложившейся ситуации имеет собственную выгоду.

«Преследователь» стремится разрешить определённые внутренние конфликты, испытать удовлетворение за счёт подавления чувств другого человека и невозможности получить позитивные эмоции более приемлемыми методами. Его действия могут быть отражением каких-то детских эмоций или негативного опыта. «Жертва» предпочитает занять «слабую» позицию, обесценивая собственную способность справиться и защититься от агрессора, активно ищет «спасателя», который пришёл бы ей на помощь. «Спасатель» же сталкивается с чувством самоуважения, наслаждается собственной значимостью и тем, что «жертва» нуждается в его услугах. В целом, каждый участник конфликта стремится восполнить те эмоции, которых ему не хватает, и потому психологически здоровый человек в эти игры вступать не будет.

- Что будет, если жертва согласится терпеть навязчивые преследования, надеясь, что всё пройдёт само собой?

- В некоторых случаях это может помочь – вашему мучителю надоест отсутствие внимания, и он выйдет из игры. В других ситуациях такое бездействие может закончиться плачевно.

Дело в том, что преследование, как правило, проходит в три этапа. Первый – на уровне навязчивых сообщений, подарков, определённых поступков, которые должны привлечь внимание жертвы. Максимум, что грозит девушке в такой ситуации, – это какие-то неприятные эмоции. Второй этап связан с агрессией, угрозами, насилием и ограничениями. Третий чаще всего заканчивается в морге или в здании суда. Если жертва не реагирует на действия преследователя, он в отыгрывании своей роли способен зайти очень далеко.

Но даже если «сталкер» ведёт себя сдержанно и не совершает незаконных действий, его навязчивое внимание всё равно доставляет жертве дискомфорт и вселяет в неё чувство постоянной опасности. Это может привести к серьёзным психологическим проблемам, в том числе к глубокой депрессии. Поэтому терпеть подобные игры нельзя, и выходить из них следует как можно скорее.

Адекватным решением нельзя считать и «проигрыш» преследователю. Если вы согласились «сдаться» и против своей воли вступили в отношения с мучителем, его действия уже перешли в разряд «второго этапа», связанного с подавлением и ограничением. Для вас это должно быть совершенно неприемлемо.

- Как же выйти из этой неприятной психологической игры?

- Стоит понимать, что с каждым участником «драматического треугольника» нужно проводить индивидуальную работу. Нет единого рецепта, который помог бы решить все проблемы. Но если вы действительно стали «жертвой», обращение за психолого-терапевтической помощью будет не лишним. Расскажите специалисту о проблеме, обсудите с ним, как можно выйти из игры с минимальными последствиями для всех участников конфликта.

Если же мучитель дошёл до этапа угроз и насилия, то стоит, конечно же, обращаться в правоохранительные органы. Это будет самый правильный и юридически обоснованный вариант решения проблемы.

Что делать при обращении в полицию?

К сожалению, стражи порядка далеко не всегда рвутся прийти на помощь тем, кто обращается с заявлениями о сталкинге. Законодательством нашей страны не предусмотрена ни административная, ни уголовная ответственность за навязчивые преследования. Однако некоторые действия «сталкера» всё-таки можно квалифицировать как серьёзные правонарушения, и тогда наказание станет реальностью.

О том, как добиться справедливости, нам рассказал президент коллегии адвокатов Ставропольского края «Принцип Права» Вячеслав Савин.

- Вячеслав, верно ли, что в нашей стране человека невозможно привлечь к уголовной ответственности только за навязчивые преследования?

- Совершенно верно. Уголовная ответственность грозит исключительно за противоправные действия. Такими могут быть угрозы, взлом и распространение личных данных, причинение вреда здоровью и так далее. Только за навязчивое внимание и постоянное желание встретиться человека наказать нельзя.

Если вам угрожают, нужно обращаться в полицию. С собой следует взять распечатанные скриншоты полученных сообщений, аудиозаписи разговоров на каком-либо внешнем носителе. Обязательно донесите до правоохранителей мысль, что вам грозит реальная, а не выдуманная опасность.

Такое заявление будет, как минимум, поводом для проведения проверки, результатом которой может стать возбуждение уголовного дела в отношении преследователя. В ходе подготовки к судебному разбирательству правоохранители будут придавать полученным фактам юридическую силу – смогут войти в контакт с операторами сотовой связи, изучить историю сообщений, провести аудиоэкспертизу на предмет установления личности обладателя голоса.

- Как следует вести себя, если преследователь дошёл до физического насилия?

- Побои в нашем законодательстве фактически декриминализированы. Если вам отвесили пощёчину или на почве личных отношений просто схватили за руку, оставив синяк, это всего лишь «административка». Уголовное дело можно возбудить при наличии дополнительных условий – например, если ваш «сталкер» действовал из хулиганских побуждений или по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды, либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы. Дополнительным условием также будут служить аналогичные действия «сталкера» в прошлом – то есть, если он ранее привлекался к административной ответственности за подобные правонарушения.

Конечно, уголовная ответственность наступает и в том случае, если преследователь не ограничивается хватанием за руки и причиняет лёгкий, средний или тяжкий вред здоровью жертвы. В таком случае наказание будет гораздо строже, в зависимости от степени ущерба.

Чтобы зафиксировать телесные повреждения, необходимо, опять же, пойти в полицию и написать заявление. Вас будут обязаны отправить на судмедэкспертизу. Также можно пройти её самостоятельно и прийти к полицейским уже с готовым заключением. Но, как показывает практика, большинство пострадавших предпочитают первый вариант.

- А полиция имеет право не принять заявление, если сочтёт его не заслуживающим внимания?

- Нет, отказ принять заявление гражданина – это заведомо незаконное действие со стороны правоохранителей. В любом случае они обязаны провести проверку по факту обращения. А вот вынести решение – это уж их законное право. Как правило, если история не представляет большой сложности, проверка длится не дольше 30 дней, после чего вас обязаны уведомить о результатах.

При приёме заявления полицейские дадут вам талон-уведомление, а также зафиксируют факт обращения в соответствующем журнале. Талон будет официальным свидетельством того, что вы обращались за помощью к правоохранителям.

Если стражи порядка решат, что в действиях вашего мучителя нет состава преступления и откажутся привлекать его к ответственности, вы всегда можете написать жалобу в прокуратуру, которая уполномочена проверять работу органов внутренних дел и имеет право вмешаться в судьбу рассмотрения заявлений. Прокурор может признать незаконным решение полиции и тем самым инициировать новую проверку.

Не лишним будет и обратиться к адвокату. Мы занимаемся не только защитой по уголовным делам, но и представляем интересы потерпевших в ходе проведения доследственной проверки, в рамках предварительного следствия, суда. Специалист поможет правильно составить соответствующие жалобы и обосновать ваши претензии с точки зрения закона.

- Можно ли на время проведения проверки обеспечить потерпевшей государственную защиту, чтобы уберечь её от действий преследователя?

- В России действует законодательство о государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства, но по факту в таких случаях оно практически не используется. Как правило, в отношении злоумышленника просто применяют меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Это значит, что вашему преследователю будет запрещено не только покидать пределы населённого пункта, но и продолжать свои противоправные действия, которые и послужили поводом для написания заявления. Если же отпущенный под подписку человек попытается нарушать озвученные условия и продолжит вас доставать, ему запросто могут ужесточить меру пресечения и отправить под домашний арест, либо заключить под стражу.

Также сейчас законодателями прорабатываются вопросы, касающиеся внесения изменений в уголовно-процессуальный кодекс. По образцу западных стран, фигурантам некоторых дел могут запретить контактировать с определёнными лицами или появляться в определённых местах. В этом случае «сталкера» вообще лишат возможности как-либо связываться с жертвой, и у него не будет другого выхода, кроме как наконец оставить вас в покое.

 

Сергей Сыровацкий

Любить и жить: ставропольские семьи, которые прошли войну Редакция «Победы26» расскажет семь трогательных историй о любви, которая оказалась сильнее пуль, артиллерийских налётов, долгих лет ожидания и самой смерти.
КАРДО-2: как Ставрополь станет столицей уличных культур Весной 2019 года в краевом центре будет шумно
В танце все равны Не стоит удивляться, если в парке или на площади вы встретите группу танцующих в парах молодых людей. Они даже не будут против, если вы присоединитесь.
Здесь начинается жизнь Рассказываем, как и с кем работает новый ставропольский перинатальный центр
Ставрополье: зима близко Регион готовится к отопительному сезону: в домах идёт промывка и подготовка труб, котельные готовятся ослабить вентили, муниципалитеты подводят уровень готовности к отметке в 100%.
Восполняющие потерю Как в Ставрополе создают киберпротезы и делают сложные операции при помощи дополненной реальности
«История живёт с вашей помощью» На Ставрополье прибыли австрийские учёные. Они обсудили с российскими коллегами сохранение исторической памяти, свободу слова и работу пропагандистской машины.
Сбежал по собственному желанию На Ставрополье покинул свой пост очередной глава муниципалитета, который не справился с управлением на вверенной ему территории. Глава города Лермонтова Евгений Нуйкин не смог разрешить ситуацию с возможным отключением города от теплоснабжения перед холодами и подал в отставку.
Когда олень на Стрижаменте свистнет Корреспондент «Победы26» прошла по экотропе на горе Стрижамент вместе с егерем и послушала истории о лесных законах, подсчёте зайцев, чесночном мёде и старинном надгробии.
Разрушители мифов Почему первоклассный программист должен быть ещё и хорошим философом и как научно-популярные лекции помогают разрабатывать бизнес-проекты?
Цель – устойчивый рост пенсий Как региональные власти отреагировали на послание Президента
В поисках совести На Ставрополье продолжают бороться со злостными алиментщиками