Тема дня: Главное о COVID-19 в Ставропольском крае

Василий Гончаренко, Владимир Самойленко, Анатолий Ткаченко, Виктор Писаренко, Кылджанбеки Шихвалиев: спасали людей во время наводнения в Арзгире в 2002 году

Василий Тихонович Гончаренко — пенсионер, в 2002 году он был главой села Арзгир. В адрес проекта «Герои нашей земли» он прислал рассказ о наводнении, которое едва не унесло жизни, и о храбрых поступках его односельчан.

6 августа 2002 года в Арзгире с утра светило солнце. Главе Василию Гончаренко ещё до начала рабочего дня позвонили на домашний телефон из районной администрации. Сообщили, что на Арзгир со стороны села Серафимовского и по Кондрашенской балке надвигается большая вода. Нужно было принять меры, чтобы пропустить её через водостоки новой плотины пруда-накопителя. И предупредить людей о возможном наводнении.

Накануне выше по течению, в районе 2 и 3 отделений на землях села Серафимовского дождь лил с неба потоками. В течение часа выпало 97 миллиметров осадков. По полям катились валы мутной воды высотой до 60 сантиметров.

На землях возле села Арзгир дождя не было. Поэтому жители не поверили предупреждению о предстоящем паводке, которое распространяли по радио районные власти. Василий Тихонович Гончаренко срочно поехал домой к редактору районного радио Анне Ивановне Князевой, объяснил ситуацию, надиктовал срочное предупреждение и отвёз её на радиоузел, чтобы передать его людям.

После этого глава села вместе с заместителем Владимиром Ивановичем Самойленко поехал к плотине пруда на балке Чограй.

«Вода с огромной скоростью несла птицу, мёртвых телят, свиней, деревянные постройки, брёвна, солому и даже куски бетонных плит. Звон ударяющихся друг о друга предметов и рёв воды создавали жуткую и опасную картину. А по обеим берегам балки стояли наблюдавшие за происходящим жители близлежащих домов», — вспоминает Василий Тихонович.

Глава и его зам быстро спустились к шлюзу и стали поочерёдно крутить колесо подъёмного механизма, чтобы поднять шлюз. Водосброс был забит предметами, которые принесла вода. Когда шлюз был открыт примерно наполовину, резко стал подниматься уровень воды. Она начала захлёстывать мостик, на котором стояли мужчины. Они оказались по пояс в месиве из воды и мусора. Бетонные плиты и вырванные с корнем деревья проплывали рядом.

«Мы продолжали поднимать затвор, пока вода не устремилась под него и стала идти по ливнёвке. Поверх воды виднелся только винт подъёмного механизма и часть колеса, затвор будто бы уперся во что-то и больше не поднимался вверх. Несколько наших повторных попыток прокрутить колесо остались безрезультатными», — пишет Гончаренко.

Мужчины вплавь добрались до берега, чтобы передохнуть. Руки их были сбиты до кровавых мозолей. Никто из находившихся в то время на берегу зевак не решился войти в воду и помочь поднять шлюз. Владимир Самойленко побежал искать помощи у соседей. Просил хотя бы верёвку, чтобы подстраховать себя.

Верёвку нашли, и Василий Тихонович пошёл к шлюзу, обвязавшись одним её концом. На берегу его страховали трое. Поток воды был таким сильным, что оторвал его от земли и отнёс к берегу. В это время на ассенизационной машине к плотине подъехал начальник Райкоммунхоза Анатолий Николаевич Ткаченко. Он тоже всё утро помогал людям — откачивал воду из затопленных подвалов. На берегу Ткаченко оценил обстановку и вызвался идти к плотине вместо главы, поскольку был тяжелее и выше ростом.

Анатолия Ткаченко обвязали верёвкой. Он сделал несколько попыток добраться до винта шлюза, но его тоже сносило потоком. Вода доходила ему до уровня шеи.

В очередную попытку он сделал рывок, от которого лопнула верёвка. Люди, державшие её на берегу, упали, а Анатолия понесло от шлюза к водовыпуску. Он ухватился за металлическое ограждение. Василий Гончаренко подобрался к нему по плите плотины и кинул верёвку. Анатолий Ткаченко поймал её и начал обматывать верёвкой себя и столб, стараясь закрепиться на нём. В этот момент в его сторону потоком понесло огромное бревно. Оно ударило в ограждение и перебило верёвку. Анатолий продолжил отчаянные попытки вновь закрепиться в бурлящей воде, но не удержался, и его накрыло волной.

«Его голова появилась над поверхностью воды и устремилась в бурлящую воронку за плотиной. В этот момент секунды показались мне часами. Стоя на плите, я наблюдал за поверхностью воды в воронке водоворота, на которой то появлялись, то опять уходили под воду куски бетона, шифер, солома. Находившиеся на берегу люди застыли от ужаса. Но человек не всплывал. В голове сразу же пробежала мысль: «он должен всплыть!». Продолжая следить за водой, я стоял на плите. Через несколько десятков секунд дальше по течению увидел то всплывающий, то погружающийся в воду локоть. Я не закричал, а кажется заорал, чтобы услышали все, кто ещё был на берегу: «Он там!». И указал направление, в котором видел человека в воде. В тот момент меня как будто бы пробило током. В долю секунды я пролетел по узенькой поверхности плиты, спрыгнул на землю и, сколько было сил, побежал по берегу в сторону уплывающего тела. Впереди увидел другого бегущего человека, который сходу бросился в воду и поплыл наперерез. Я последовал за ним. Вместе мы перехватили в бурлящем потоке тело и по воде потащили его к берегу. Когда вытащили его из воды, он был совсем голый, синий, холодный и не подавал признаков жизни. Пульс не прощупывался», — описывает события рассказчик.

С брега принесли старое одеяло. Мужчины положили на него тело и потащили к машине главы села. Сбежались зеваки. Василий Тихонович снял с себя рубашку и накрыл Анатолия. Один из мужчин, бывший работник милиции, сказал: «Да он уже труп, не жилец. Смотрите — уже трупные синюшные пятна пошли».

Взрослые разошлись, рядом остались только любопытные дети. Глава села попросил их сбегать по соседям, чтобы те позвонили в скорую. Василий Тихонович был в смятении: один с умирающим человеком, и никого рядом, чтобы помочь. По его воспоминаниям, в какой-то момент его сознание прояснилось. Он стал осматривать утопленника, очистил пальцем нос, рот, глаза и уши, промыл их водой из бутылки, которая нашлась в машине.

«Вытащил запавший в гортань язык и зафиксировал его за губу. Мне показалось… или я действительно увидел, как чуть дернулось веко правого глаза. Я тут же стал массировать область грудной клетки и делать искусственное дыхание. Потом повернул его на левый бок и двумя руками одновременно стал сдавливать его тело. Опыт этих манипуляций мне был знаком из практики работы инженером по охране труда и технике безопасности, а также со времён службы в армии. Изо рта и носа пошла грязевая слизь. Не знаю как долго я это делал. Я услышал тихий хрип, как будто бы выдох, а на шее задергалась вена. В это время подбежали мальчишки. Сказали, что одна тетя дозвонилась до больницы, и ей сказали: ждите, подъедем», — описывает Василий Тихонович те страшные минуты.

Время тянулось медленно, а скорая не ехала. Глава села решил не ждать. Вместе с детьми, которые ещё оставались на берегу реки, он затащил Анатолия Ткаченко в машину и уложил боком на заднее сидение, чтобы в пути он не захлебнулся рвотными массами. Чтобы пострадавший не упал во время движения, между ним и спинками передних сидений поставили запаску

С включённым светом и «аварийкой» Василий Гончаренко помчался к больнице. В середине дороги на кочке машину тряхнуло, из желудка и дыхательных путей Анатолия вышла часть воды, смешанной с грязью. Он тут же застонал.

В районе военкомата глава увидел машину скорой помощи. Он поморгал светом, призывая следовать за ним. Решил не останавливаться, чтобы не тратить время на объяснения. Влетев во двор больницы, он выскочил из машины и побежал к приёмному отделению, где дежурила врач С. А. Зенина. Вскоре подбежал реаниматолог Будай Магомедович Багомедов. Втроём они занесли Анатолия в больницу и уложили на каталку. Главу села попросили остаться и помочь, поскольку скорую уже вызвали к другому человеку.

«Я держал чашки, физраствор, марганцовку, шланги и трубки, выносил на улицу рвотные массы. А в него все вливали и вливали, пока полностью не очистили желудок. После проведённых внутривенных и внутримышечных инъекций он очнулся, открыл слегка глаза и что-то пытался говорить, но не мог, так как дыхательные пути были забиты грязью и донным илом», — вспоминает Василий Тихонович.

Чтобы спасти Анатолия, требовалось лекарство. В больнице его не было. Позвонили в аптеку — там не оказалось тоже. В скорую приехали жена пострадавшего Татьяна и племянница Елена, которые тоже были медработниками. Татьяна узнала название лекарства у врачей и позвонила в Дом-интернат для престарелых «Ивушка», где необходимый препарат нашёлся.

Василий Гончаренко вместе с племянницей Анатолия срочно выехал в дом престарелых. Взяли лекарство и помчались обратно в больницу. Препарат передали врачам. Василий Тихонович помнит, что на выходе из больницы реаниматолог поблагодарил его за то, что не растерялся и оказал доврачебную помощь, без которой последующая работа докторов могла бы оказаться бесполезной.

В ходе разговора выяснилось: когда сельчане звонили в скорую, то сказали, что из воды вытащили труп. А поскольку в тот день с утра было много вызовов, то машину сначала посылали к больным, и лишь затем бригада отправилась к плотине.

Василий Тихонович приехал домой, чтобы искупаться и отдохнуть. Через некоторое время к его дому приехала милицейская машина, из которой вышли двое сотрудников.

«Я вышел навстречу и спросил, что случилось. Мне первый говорит: возбуждено уголовное дело по факту утопления человека, и вы вывезли труп с места происшествия (преступления) в неизвестном направлении, не дождавшись работников милиции и скорой помощи. Я им ответил, что человек жив и сейчас находится в больнице — можете поехать и удостовериться. На что второй в грубой форме говорит: «Мне поручено доставить вас в отдел, так что садитесь в машину, и поедем». Я ответил, что никуда не поеду, я же не преступник. Наоборот, спас человеку жизнь и вовремя доставил его в больницу. После доклада по рации в отдел тон милицейского работника изменился, и он сказал: «Тогда мы возьмем с вас показания прямо здесь, на улице». Составили протокол с моих слов. Я прочитал и подписал его. После этого служители Фемиды уехали, больше не сказав ни слова», — рассказывает Гончаренко.

В начале следующей недели на планёрке в районной администрации сообщили, что удалось спасти от размытия новую плотину стоимостью несколько десятков миллионов рублей. И спасти жизни руководителя Райкоммунхоза Анатолия Ткаченко и женщины из аула Башанта, которую унесло потоками разбушевавшейся воды, когда она переходила пешеходный мост.

«Только здесь я узнал, с кем мы вытащили из воды Анатолия. Это был Виктор Николаевич Писаренко, житель нашего села. По парню, который буквально со дна балки за волосы вытащил женщину и привел ее в сознание, дано поручение уточнить фамилию и подготовить на всех наградные документы. Спустя время я поинтересовался у одного ответственного работника администрации, на каком этапе находятся документы. На что мне тут же последовал ответ: «Да ты по долгу службы был обязан спасать человека, как глава села». Больше я к этому вопросу никогда не возвращался. Но подумал, а как же парень с Башанты — ведь он тоже рисковал своей жизнью, когда бросился в бушевавший поток воды. Как потом выяснилось, он трижды нырял на дно балки, чтобы вытащить женщину. И он не отступался, пока не зацепил рукой её за волосы и поднял на поверхность. Разве это не подвиг?! Или тоже обязанность, как односельчанина? Ну да Бог с ними. Дело не в наградах. После я уже сам узнал, кто же был этот парень. Им оказался житель Башанты Кылджанбеки Султанмуратович Шихвалиев, а спас он свою землячку Несипли Сагандыковну Джумаеву, которая шла с работы к детям через тот злополучный мостик», — пишет Василий Тихонович.

Анатолий Ткаченко выписался из больницы и приехал к главе села, чтобы пожать руку и поблагодарить за спасение. Позже, когда спасатели разобрали завалы мусора вокруг плотины, под валунами нашли изодранные в клочья брюки и рубашку Анатолия. Он зацепился одеждой за арматуру, поэтому так долго находился под водой.

Тогда же стало известно, что затвор шлюза не дошел до верхней точки всего лишь на 5 сантиметров, оттого что лопнула червячная гайка и заклинила винт. Шлюз работал почти на полную пропускную способность. Вода шла низом, промывая русло балки от донного ила, за счёт этого гасилась скорость потока. По заключению специалистов, это спасло плотину от размыва.

«Я бы и до сегодняшних дней не пытался кому-то об этом случае рассказывать, если бы не этот проект. Поверьте, писать о себе как-то неловко и не этично. И не написать, оставить всё в забытье, тоже будет неправильно. Люди должны знать истинные события того злополучного дня, который часто встаёт перед глазами до мельчайших подробностей. И как мы, люди, становимся уязвимы и беззащитны против разгула водной стихии.

Судить о том, подвиг это был или нет, конечно, не мне. Главное, что в тот день были спасены две человеческие жизни», — заключает Василий Гончаренко.

В 2018 году бывший глава села по-прежнему живёт в Арзгире, он уже на пенсии. Анатолий Ткаченко проживает в селе Александровском. Он инвалид труда, передвигается в коляске и помнит тот день, когда чуть было не потерял жизнь. А жительница Башанты вышла на заслуженный отдых и тоже благодарна своему спасителю.