Тема дня: Главное о COVID-19 в Ставропольском крае

Сержанты победили смотрящих: репортаж из ставропольской спецшколы

19.10.2020, 14:34 Ставропольский край
Как «разведка боем» переросла в метод перевоспитания трудных подростков.

«Здравия желаю, товарищ полковник! За время моего дежурства происшествий не случилось», — докладывает директору Степану Любенко дневальный перед тем, как скомандовать «подъём».

В тихом до того коридоре начинается суета, которая знакома любому, кто служил в вооружённых силах. Два десятка молодых людей скоро вскакивают с кроватей, одеваются, строятся у тумбы дневального, производят расчёт, а затем выходят на утреннюю зарядку.



Всё происходит не в армейской казарме и даже не в кадетском корпусе. Парень на тумбе дневального и остальные в строю — воспитанники специальной коррекционной общеобразовательной школы закрытого типа в селе Горнозаводском Кировского округа. Они попали туда по решению суда после совершения преступлений.



Ещё семь лет назад ни о какой армейской дисциплине речь не шла. Тогда воспитанники находились под влиянием ныне запрещённой в России на законодательном уровне субкультуры АУЕ, которая популяризирует и романтизирует криминальный уклад.

Парни делились на «смотрящих» и «опущенных», решали вопросы по арестанскому уставу. Влияние оказывали заключённые двух близлежащих колоний.

«Они созванивались и спрашивали, как им поступать по их криминальному уставу. И поступали в извращённой форме. Если сказали ударить, то они изобьют», — вспоминает Людмила Каклюгина, которая сегодня занимает должность заместителя директора по режиму.



Доходило до бунтов и погромов: дети требовали возможности жить так, как они привыкли. В такие моменты приходилось вмешиваться сотрудникам правоохранительных органов.
Перелом ситуации произошел после того, как директором спецшколы стал Степан Любенко.

Спецназовец в кресле директора

«Скажем по-военному просто: я решил провести разведку боем и рекогносцировку на местности», — вспоминает Любенко.

Мужчина — потомственный военный. Окончил училище в 1996 году, был направлен в 7-й отряд специального назначения внутренних войск «Росич» (ныне входят в состав Росгвардии. — Прим.ред.). Там, по словам Любенко, он проходил «серьёзное становление молодого офицера» в ходе Чеченской кампании. Имеет медаль «За отвагу», медаль Суворова, медаль ордена «За заслуги перед Отечеством» второй степени с изображением мечей, а также краповый берет.



В 2010 году Любенко ушёл в запас в звании подполковника. После работал на гражданских должностях и занимался своими проектами. В 2014 году в региональном министерстве образования ему предложили возглавить спецшколу. Он согласился. Говорит, что действовал в соответствии с девизом спецназа: «Если не мы, то кто?».

Опыт и знания, полученные в военном училище и во время службы, помогли оградить школу от влияния местного криминала и по-новому организовать жизнь подопечных. Позже эти методы назовут «системой Любенко».

«Система эта своеобразная, но она очень простая. Три кита: военно-патриотическое воспитание, духовно-нравственное воспитание и спортивное. Всё просто в этой жизни: мускул свой, дыхание и тело тренируй с пользой для военного дела», — говорит директор спецшколы.

Форма вместо робы

В спецшколу мальчишки 11-18 лет попадают на срок от одного года до трёх, так что нынешние воспитанники перемен давности помнить не могут. Те, кто в это утро выбегали строем на зарядку, уже адаптировались к военному укладу. Кстати, в отличие от армии, на территории школы полный запрет на курение и нецензурную лексику.



Одна из главных сложностей для новичков — это физическая подготовка. По словам воспитателей, вначале пробежать 100 метров для многих крайне тяжело, подтягиваться умеют единицы. У некоторых есть нарушения координации из-за курения, алкоголя и наркотических веществ. Но в спецшколе на каждой утренней зарядке будет забег на километр-полтора, упражнения и полоса препятствий.

Есть ещё обязательные уроки физкультуры и дополнительные тренировки. Через какое-то время парни научатся крушить кулаками черепицу и бить бутылки об голову как настоящие спецназовцы. Но это позже.



По распорядку дня после зарядки  будет уборка спален и территории, время на гигиену, подготовка к построению, завтраку и урокам. Туда они отправятся уже при полном параде.

«То, что Степан Михайлович ввёл форму, изменило отношение к детям. Их это дисциплинирует и нас. Мы по-другому смотрим на этих детей. Всё, что было там, — было там (Вне школы. — Прим. ред.). Здесь отношение к себе он создаёт заново», — говорит Людмила Каклюгина.



Но форму надо ещё заслужить. Для этого надо хорошо учиться и соблюдать дисциплину, а также сдать физический норматив. Потом — отдельно — можно будет пройти испытание на право ношения берета. Это не обязательно, но есть ребята, которые стремятся к этому.

«Хотим быть похожими на директора. Директор только на краповый берет сдавал, а мы — на оливковый», — говорит один из воспитанников школы Миша.

Командир Миша и прапорщик Андрей

Сейчас Миша — заместитель командира. Он водит ребят строем в столовую и на уроки, отдаёт команды и помогает следить за порядком и дисциплиной в подразделении. За те два с половиной года, которые  провёл в спецшколе, парень обрёл командный голос и армейскую выправку. До этого всё было иначе. Говорит, что попал в школу за «не очень хорошее поведение».

«Школу прогуливали, пили, курили», — признаётся Михаил.



Говорит, что тогда о будущем не думал, а сейчас понимает, что его, скорее всего, ждала тюрьма. Теперь же молодой человек мечтает закончить техникум и стать военным.
Степан Любенко считает, что у выпускников школы есть возможность устроить себе жизнь.

«Мы знаем судьбу каждого воспитанника. К сожалению, мы не можем сказать, что все они стали молодцами и умницами, но я просто приведу статистику», — говорит директор.

По словам руководителя, около 90 процентов тех, кто покинул школу с 2014 по 2020 год, завязали с криминалом. Впервые за полвека двое воспитанников ушли с аттестатом об окончании 11 классов, 25 человек закончили 9-й класс. Некоторые позже поступали в институты. У троих уже семьи с детьми.

«Они не грабят и не воруют. Чтобы их дети ни в чём не нуждались, они работают», — говорит Любенко.

Товарищ подполковник пояснил, что если ребёнок, оказавшийся в спецшколе, захочет измениться и развиваться, ему окажут максимум необходимой поддержки. Но для этого в первую очередь нужно желание. Его, например, проявил Миша, который водит строй и носит на погонах сержантские лычки.



Кстати, «старшие» погоны есть только у одного парня. Его зовут Андрей. У него есть проблемы со здоровьем, несмотря на которые в школе он начал заниматься спортом и старательно учиться. За рвение ему и достались уважение других ребят и прапорские звёзды. А ещё, как говорят педагоги, бабушка теперь в нём души не чает и постоянно навещает. Андрею после спецшколы есть куда вернуться. Так везёт  не всем.



Дети или преступники

Отец троих детей, Любенко вспоминает, что его впечатлило больше всего при первом посещении спецшколы в Горнозаводском.

«Самое страшное — это дети, которые никому не были нужны», — рассказывает директор.

Многие воспитанники приходят из неполных семей. Некоторые родители лишены прав или ограничены в них. Независимо от юридического статуса, часть мам и пап вообще не интересуются судьбой своих отпрысков и даже не навещают их.

Кроме прочего, Степан Любенко произвёл многие кадровые перестановки. Появилось новое требование к сотрудникам. Оно касается отношения к детям.

«Если смотреть на этих детей исподлобья и воспитывать в них ещё больше злобы, во взрослой жизни она перельётся через край, мы получим готового преступника. Сотрудники видят в этих детях детей, а не преступников», — говорит Любенко.

Вероятно,  именно этот фактор является таким же важным, как и форма, патриотическое, духовное и физическое воспитание.



 

Три истории о токсичном начальстве. Клинический психолог рассказала ставропольцам, как защитить себя Фраза «Я начальник, ты — дурак» возникла давно, но в последнее время заиграла новыми красками. По статистике, больше половины российских руководителей ведут себя, мягко говоря, плохо. Унижают подчинённых, переходят границы, самоутверждаются за счёт других, формируют психологически невыносимую обстановку, от которой хочется бежать, даже когда на дворе кризис и не факт, что ты найдёшь другую работу. Клинический психолог Елена Ковальчук поведала о причинах происходящего и способах победить вышестоящего агрессора.
«Тетрапаковые берега»: чем болеют ставропольские леса и реки Корреспондент «Победы26» попросил ставропольцев поделиться информацией о стихийных свалках в городских лесах. Ответов было так много, что возникло ощущение: у города есть системная проблема.
«Начитка ртом»: ставропольский чтец об аудиокнигах и искусстве Амир Рашидов за последние годы успел поговорить голосами Чехова, Стругацких, Джеффри Форда и многих других. Он рассказал о своём творческом пути и сложностях, с которыми пришлось столкнуться.
«Похоронить по-человечески»: как на Ставрополье позаботиться об умершем животном Любой владелец животного рано или поздно сталкивается со смертью любимца. Питомцы становятся хозяевам родными, их оплакивают как членов семьи. Первое, что приходит в голову, — закопать неподалеку, на приусадебном участке или в лесопосадках. Однако это нарушает закон. Корреспондент ИА «Победа26» попытался разобраться как поступить в ситуации гибели животного и куда следует обращаться.
Маршрутки должны исчезнуть: урбанисты рассказали, как решить транспортные проблемы в Ставрополе Эксперты проанализировали текущую ситуацию с автобусами, троллейбусами и маршрутками в краевой столице. Они назвали ряд механизмов, которые помогут сделать перемещение по городу быстрым и комфортным.
Что рекламировали на Ставрополье до революции Сегодня рекламой никого не удивишь: все пресыщены огромным количеством объявлений, которые атакуют нас отовсюду. Всегда ли было так, и какие товары пользовались особой популярностью больше 100 лет назад — в материале.
«Кроссфит, браки и видеозвонки» – как живут ставропольские заключённые В исправительных колониях Ставрополья на сегодняшний день отбывают наказание 8772 человека. Какие развлечения доступны заключённым, чему они могут научиться и есть ли у них возможность сбежать, читайте в материале ИА «Победа26».
Нужны ли дипломы со «сроком годности»? Мнение ставропольских преподавателей Недавно пресс-секретарь президента Российской Федерации Дмитрий Песков предложил ввести систему сроков действия документов о высшем и среднем профессиональном образовании. На законодательном уровне такую идею пока не обсуждали. Однако вполне возможно, что это всего лишь вопрос времени.
«Надежда умирает последней»: есть ли будущее у ставропольского футбола? Радость за победу любимой команды, горечь от поражений. Футбол — это динамичная игра, в которой сложно предугадать исход. По накалу страстей, эмоций болельщиков по всему миру с футболом ничто не сравнится. А о том насколько развит ставропольский футбол и что его ждёт, читайте в материале «Победы26».
«Смех и слёзы» – суровый ставропольский юмор Stand Up Comedy переводится с английского примерно, как «юмор стоящего». О том, как в крае смешат людей и какое будущее у ставропольского юмора, рассказал основателем StandUp26 Мурат Эркенов.
«Я не сплю, чтобы не избили»: о нелёгкой жизни ставропольских бездомных Некоторых людей привыкли обходить стороной. «Нормальному» человеку невдомёк, как можно так опуститься и почему никто ничего не предпринимает. Однако за каждой из таких судеб скрыта своя история.
Неприятное с бесполезным: в чём опасность самолечения При некоторых болезнях люди нередко используют так называемую народную медицину. И несмотря на внушительный перечень фармакологических препаратов, немало тех, кто до сегодняшнего дня предпочитает «знахарские» рецепты. Специалисты рассказали, чем опасно такое лечение и к чему может привести.