Тема дня: Главное о COVID-19 в Ставропольском крае

Великое переселение неформалов

11.02.2019, 16:33 Ставропольский край
Как развивалась ставропольская рок-тусовка и что делали местные металлисты, чтобы спастись от «фурапетов»

Сегодня неформалы — это вымирающий вид, но каких-то 20-30 лет назад вокруг одной пластинки Depeche Mode появлялось целое движение, а за каждым углом с гитарами собирались местные рок-тусовщики. Люди менялись на сходках редкими пластинками, создавали группы и семьи. Корреспондент «Победы26» расскажет о местных неформалах и покажет «другой» Ставрополь. В этом нам помог музыкант и архивариус ставропольской рок-тусовки Артём Дунаев.

Первая волна

Всё началось с клуба филофонистов — сходки любителей хорошей музыки, которая сегодня среди металлистов старой школы больше известна как «Интервью». В 1986 году отдел культуры при горисполкоме и ГК ВЛКСМ выделил для клуба «Планета Земля» площадку на Шаумяна, 3.

Это был небольшой подвальчик возле почтамта на Нижнем рынке. В нём был небольшой зал, где репетировали местные группы, например «Точка зрения». Её записи до сих пор хранятся в частных архивах: заправский арт-рок с яркими клавишными аранжировками и сильным мужским вокалом. Не успела ещё «Ария» прогреметь в Ставрополе, а вокалист уже тогда умел в высокие ноты, как Кипелов.

На рубеже 1989 и 1990 годов эта сходка переезжает на перекрёсток Октябрьской Революции – Мира. В торговом центре «Изобильное» на втором этаже работало кафе «Интервью», туда-то и перебрались филофонисты, а вместе с ними и молодая кровь в виде первой метал-тусовки города. Ребятам было по 16-17 лет. Молодые и амбициозные, они вскоре создали городские команды Green Hell, Gravestone и даже ныне действующий «Магистр». Именно там впервые собрались вместе разные поколения музыкантов.

В 1992 году эта тусовка переехала из кафе «Интервью», на второй этаж Дворца культуры и спорта профсоюзов и направила в городскую администрацию следующее письмо:

«Убедительно настаиваем на выявлении и устранении помех со стороны дирекции ДК и СП, искажающих государственную молодёжную политику и препятствующих клубной работе».

Параллельно им уже существовала знаменитая до сих пор «Годилка». Ныне журналисты, а тогда ещё студенты Андрей Козлов и Денис Яцутко созвали молодых поэтов и филологов 16 августа 1990 года, на следующий день после смерти Виктора Цоя и решили сделать такие встречи регулярными. Интересное название сходка получила от слова «годение», — выжидание — высмеянного Салтыковым-Щедриным в «Современной идиллии».

За углом ДДТ, где сейчас всё застроено, была площадка с лавочками и ивами. Там собиралась тусовка молодой группы Green Hell, которая называлась «Линден». Она просуществовала примерно с 1991 по 1992 год.

Вторая волна: смешать, но не взбалтывать

В 1994 году хиппанская «Годилка» в её первозданном виде исчезла и родилась новая. К Дворцу детского творчества начали стягиваться металлисты и постепенно стали доминирующей силой. Денис Яцутко рассказал, как менялась созданная им с Андреем Козловым сходка:

— Я, честно говоря, даже не знал, что туда пришли металлисты. «Годилка» уже в 1993-м остыла, сдулась и стала очень небольшим междусобойчиком. А когда я в 1996-м году вернулся из Питера, пришёл туда, кое с кем познакомился, появлялся иногда, но в целом это уже без меня шло. Тут в августе же какой-то юбилей был. На горке собирались. Я подошёл, поздоровался с Санфайтом (гитарист группы Green Hell), со мной ещё человек пять поздоровались. Дождался Андрея Козлова, пообщался с ним, да и ушёл. Странно уже это — в нашем возрасте прохладным вечером на улице песни орать.

А в среде «годилковских» металхэдов появился свой негласный лидер – байкер Саша Чара. Сам он никогда не позиционировал себя таковым. Он был харизматичен, умел эффектно подать себя, при этом никогда не был пустословом. Музыкант Артём Дунаев вспоминает, что он всегда отвечал за то, что говорил, мог выйти один против толпы и стоял за своих друзей горой.

— Меня он принял сразу, хотя мне было лет двенадцать. Я был с хаерком, в майке «Коррозии металла». Многие относились снисходительно к юному металлисту, но не гнали. Зато Чара был одним из немногих, кто воспринял меня лояльно и стал брать за собой на свои тусовки. Благодаря ему я сам видел, как формировался «Чёрный треугольник», — вспоминает Артём.

Быть металлистом не так-то просто, так или иначе тебя постоянно будут вылавливать фурапеты, в простонародье — гопники, и мутузить за длинные волосы и майку. В девяностые годы неформал не завязывал хвостиков и всячески показывал свою принадлежность к субкультуре, потому вычислить такого в толпе было нетрудно. Ребятам нужна была защита.

Появился «Чёрный треугольник» — бойцовский клуб, созданный с конкретной целью: отражать нападения фурапетов. Его возглавил Чара, а учил защитников его друг Рома Ромарио. Внешне вполне простой парень: никаких атрибутов неформала, чем-то напоминал актёра Александра Абдулова. Зато он безупречно владел кунг-фу и русским стилем. Молниеносная реакция позволяла ему уложить сразу троих противников. Того же он хотел добиться и от других членов клуба.

Чара нотариально заверил «Чёрный треугольник», и получилось своего рода охранное предприятие. Члены «треугольника» делали соответствующие наколки на руках, правда, не все. Артём Дунаев застал эти тренировки и заварухи, в которых участвовали бойцы:

— Они ходили по 6-7 человек. Если их не было поблизости, нужно было их позвать. Стоят на переходе хиппаны, нападают гопники, ломают гитару, начинается заваруха. Собирались тогда не по двое, была всегда туса не менее 10 человек, поэтому кто-то один должен незаметно метнуться к дому Чары, он как раз жил недалеко. Парни приходили и разносили возмутителей спокойствия.

Третья волна: God save the Queen

В 1998 году «Годилку» стали прогонять от ДДТ, и неформалам пришлось сменить дислокацию. Они «расселились» за загсом в центре города, а в нескольких минутах ходьбы от них на смотровой площадке стали собираться панки.

Параллельно этому «великому переселению» в Ставрополе развилась суровая тусовка фанатов блэк-метала. Они собирались у школы №16, а репетировали в здании политеха, на перекрёстке Ленина и Кулакова. Знали бы нынешние студенты СКФУ, какую музыку записывали в этих стенах.

Первые холодные рифы здесь играла группа Amest Heresy, своего рода эмбрион блэк-метала, а в 1994-1997 годах здесь царствовали Winter Majesty, культовая группа, оставившая в наследие один из первых мире демо-альбов в жанре black metal. В 1997 году в этой тусовке появилась группа «Вельзевул», впоследствии ставшая Baal Zebuth.

В конце девяностых неформалы северо-западного района облюбовали промзону, которую назвали «Крюгер». Наш коллега Евгений Кайбе застал эту сходку:

— «Крюгер» находился на одной из промышленных улиц по пути в ГАИ. Там было двухэтажное здание: на первом из пола торчали железные штыри, а на втором была дыра в полу. Есть легенда, что якобы в эту дыру провалился какой-то чувак и упал на эти самые штыри. Но это не точно. Собственно, из этой истории и пошло название.

Одним из важнейших событий для неформалов девяностых был концерт в мае 1996 года. Тогда порядка десяти ставропольских команд вышли на сцену на площади Ленина. В интернете есть видео выступления группы Odium на этом концерте, но, говорят, где-то хранится и полная запись. На ней всё ставропольское рок-движение представлено в лучшем виде.

Среди выступавших – панк-рок-группа «Комитет общественности». В ней на барабанах играл известный сегодня фотограф Эдуард Корниенко:

— Мы выступали в 1996 году на концерте в поддержку кандидата в Президенты РФ Бориса Ельцина. Одна из песен называлась «Боже, храни Президента!». Мы ещё сильно сомневались относительно выступления с ней, потому что это был конкретный «накат» на главу государства. Тем не менее мы отграли полный сет в том числе и "Боже, храни президента". Мы были счастливы, потому что нам казалась, что своим поступком мы попытались встать в один ряд с Sex Pistols и «Гражданской Обороной»! Сейчас бы нас за неё «закрыли», но тогда, окрылённые этим успехом, мы пытались свернуть горы, выступая на всех значимых рок-мероприятиях и сочиняя новые песни.

Под крышей дома твоего

В 2000-2001 годах улицы Ставрополя облюбовали юные хиппи и панки. Фанаты «Гражданской обороны» и «Короля и шута» заняли площадь у солдата-будённовца, пока ещё целый кинотеатр «Экран» заняла отдельная тусовка хиппи и панков под названием «Тапки». При этом все кочевали.

Основная часть металлистов собиралась вместе только на концертах. До 2003 года местами паломничества были «Кэтхаус» («Кошкин дом») и кинотеатр «Октябрь». Первый работал на улице Тухачевского возле бассейна и университетских общежитий. Клуб позиционировался как студенческий. В 1994 году его открыл Дмитрий Кошкин, и постепенно эту обитель облюбовали рокеры и металлисты. В нём регулярно играли местные группы, самым популярным здешним фестивалем была «Железная среда». Последний громкий концерт в «Кэтхаусе» прошёл в 2003 году, когда на его сцене выступили «Магистр».

«Октябрь» до 2004 года был открыт для сотрудничества со ставропольской рок-тусовкой. На его сцене выступали как местные команды, так и приглашённые музыканты. За всё это отвечал Кирилл Собачинский, человек с запоминающейся манерой общения и организаторским талантом. Он умел и созвать народ, и получить с этого хороший выхлоп. На его концертах выступали все известные ставропольские команды тех лет, а самыми продаваемыми были Baal Zebuth и Саранча, только они могли собрать полные залы.

В 2004 году «Октября» не стало как концертной площадки, и тусовщики перебрались в Дом офицеров. Туда же переехал Кирилл и вплоть до 2007 года раз в неделю или две устраивал метал-сейшены, пока не создал собственную площадку. После него за организацию концертов взялся Сергей Кобылкин. При нём название концертного зала регулярно менялось, но суть оставалась одной: местные рокеры практические жили в «Дофе».

Но всё хорошее когда-нибудь заканчивается. До 2012 года вся ставропольская рок-тусовка от мала до велика отдыхала именно в Доме офицеров, пока его двери не закрылись. Что делать снаружи? Интернет у всех есть, даже самую редкую запись можно найти на задворках мировой паутины, собираться просто ради пива и гитары уже не так интересно, а последние точки соприкосновения неформальных культур и поколений закрываются.

Великое переселение неформалов закончилось, и лишь местами мелькали огоньки былых сходок.

P.S. В 2014 году культовая ставропольская группа Cancroid праздновала свой день рождения. Директор Дома офицеров пошёл навстречу музыкантам с поклонниками и вновь открыл двери большого зала. Но когда ему на голову посыпалась с потолка штукатурка, он понял, что больше металлистов сюда не пустит.

P.P.S. Не стоит думать, что все закрылись дома. «Годилка» каждый год в августе собирается у бассейна «Юность» в центре Ставрополя, а филофонисты открыли свой паб в Перспективном. И там и там старшее поколение рокеров и хиппи с распростёртыми объятиями встречает молодёжь. И хотя такие сходки уже не так мощны, как прежде, и кажутся анахронизмом, хотя бы раз заглянуть на огонёк стоит. Ведь именно там хранится часть живой истории Ставрополя.

 

Сергей Гаврилюк

Фотографии взяты из частных архивов

CO
Бесплатное онлайн-обучение для ставропольского бизнеса В рамках национального проекта «Производительность труда и поддержка занятости» ставропольские предприятия дистанционно обучаются инструментам бережливого производства. «Академию производительности» запустил федеральный центр компетенций. Сегодня она предлагает 20 электронных курсов. Новый формат позволяетт вовлечь в реализацию программы значительное число предприятий.
После коронавируса. Часть 3 — экономическая Продолжаем цикл публикаций, подготовленный аналитическим центром «Рейтинг.Победа26» совместно с ведущими экспертами страны и региона. В первой части мы поговорили о том, как пандемия изменит психологию людей. Во второй — как изменится образ жизни и отношение к самим себе. Теперь мы сосредоточимся на экономике и выясним, какие сферы пострадают сильнее всего, а также подскажем, куда лучше пойти работать в условиях кризиса.
Ставропольский «Артек» Пионерский лагерь «Машук» не задумывался как грандиозный проект, но всё же почти смог пробиться в высшую лигу всесоюзных детских центров. История становления, упадка и второго шанса главного лагеря региона — в нашем материале.
Сергей Бондаренко: Установка сигнализаторов загазованности – гарант безопасности вашего дома Обойтись без газа в быту или на производстве практически невозможно, а эксплуатация газового оборудования требует повышенной ответственности. Статистика показывает, что, к сожалению, большинство бытовых трагедий произошло по причине утечки газа, будь то природный или угарный. Именно поэтому установка датчиков утечки газа в домах как никогда актуальна.
После коронавируса. Часть 2 — философская Мы продолжаем цикл публикаций, подготовленный аналитическим центром «Рейтинг.Победа26» совместно с ведущими экспертами страны и региона. В первой части мы поговорили о том, как пандемия изменит психологию людей. Развивая это направление, подключаем философию и расскажем, какие застарелые экзистенциальные кризисы придётся нам решать в ближайшее время.
«Я ещё врачом не стал, а уже прошёл такую школу» Студент медуниверситета работает с коронавирусными пациентами во второй больнице Ставрополя. Он рассказал корреспонденту «Победы26» об уроках пандемии и о том, как проходят суточные дежурства.
Фронтовой медиарейтинг: как главы ставропольских муниципалитетов изменили свои показатели в апреле Аналитический центр «Рейтинг.Победа26» продолжает отслеживать медийную активность руководителей администраций Ставропольского края. Апрель стал первым месяцем, целиком прошедшим в режиме самоизоляции и разворачивающейся пандемии.
«Вижу маленькую дочь только по скайпу»: главврач ставропольской больницы с «коронавирусной передовой» Евгений Матвиенко из Железноводска рассказал, как проходят будни медиков в период пандемии Covid-19. Испытывают ли сотрудники учреждения страх перед новым вирусом, как изменились их отношения с семьёй, требуется ли персоналу особая поддержка, какие «подводные камни» есть при лечении инфекции — читайте в материале информагентства «Победа26».
После коронавируса. Часть 1 — психологическая Делать прогнозы в эпоху перемен — дело неблагодарное. Особенно, если эти перемены носят глобальный и глубинный характер, а мы находимся в самом их начале. Ещё труднее выдержать качественный уровень этих прогнозов на фоне панических криков с одной стороны и наивного лепета о том, что вскоре мы вернёмся к прежней жизни и всё само собой наладится — с другой.
Непредсказуем и опасен: Анатолий Былим — о своём лечении и коронавирусе Главврач больницы № 2 Ставрополя узнал о том, что заразился коронавирусом, поздно ночью. На следующий день Анатолий Былим пришёл на работу к шести утра, закрылся в своём кабинете, доделал оперативные задачи и только после этого госпитализировался. На данный момент опасность миновала: два теста на коронавирус показали отрицательный результат. Корреспондент «Победы26» пообщался с врачом и выяснил, как теперь работают медики.
Грязные окраины: что нужно, чтобы навести порядок в Кисловодске? Последний месяц Кисловодск в Instagram предстаёт не с самой лучшей стороны. Местные жители регулярно выкладывают в соцсети видео и фотографии свалок. Причём, сколько бы их ни убирали, горы мусора только растут — то тут, то там. Даже в период самоизоляции.
Курс — на доставку Как во время самоизоляции обстоят дела у общепита и не продуктовых магазинов? На какие риски пришлось пойти их владельцам, чтобы пережить кризис? Трое бизнесменов из Ставрополя поделились своими историями с корреспондентом ИА «Победа26».