Тема дня: Стартовал новый сезон региональной лиги КВН «Кавказ»

Великое переселение неформалов

11.02.2019, 16:33 Ставропольский край
Как развивалась ставропольская рок-тусовка и что делали местные металлисты, чтобы спастись от «фурапетов»

Сегодня неформалы — это вымирающий вид, но каких-то 20-30 лет назад вокруг одной пластинки Depeche Mode появлялось целое движение, а за каждым углом с гитарами собирались местные рок-тусовщики. Люди менялись на сходках редкими пластинками, создавали группы и семьи. Корреспондент «Победы26» расскажет о местных неформалах и покажет «другой» Ставрополь. В этом нам помог музыкант и архивариус ставропольской рок-тусовки Артём Дунаев.

Первая волна

Всё началось с клуба филофонистов — сходки любителей хорошей музыки, которая сегодня среди металлистов старой школы больше известна как «Интервью». В 1986 году отдел культуры при горисполкоме и ГК ВЛКСМ выделил для клуба «Планета Земля» площадку на Шаумяна, 3.

Это был небольшой подвальчик возле почтамта на Нижнем рынке. В нём был небольшой зал, где репетировали местные группы, например «Точка зрения». Её записи до сих пор хранятся в частных архивах: заправский арт-рок с яркими клавишными аранжировками и сильным мужским вокалом. Не успела ещё «Ария» прогреметь в Ставрополе, а вокалист уже тогда умел в высокие ноты, как Кипелов.

На рубеже 1989 и 1990 годов эта сходка переезжает на перекрёсток Октябрьской Революции – Мира. В торговом центре «Изобильное» на втором этаже работало кафе «Интервью», туда-то и перебрались филофонисты, а вместе с ними и молодая кровь в виде первой метал-тусовки города. Ребятам было по 16-17 лет. Молодые и амбициозные, они вскоре создали городские команды Green Hell, Gravestone и даже ныне действующий «Магистр». Именно там впервые собрались вместе разные поколения музыкантов.

В 1992 году эта тусовка переехала из кафе «Интервью», на второй этаж Дворца культуры и спорта профсоюзов и направила в городскую администрацию следующее письмо:

«Убедительно настаиваем на выявлении и устранении помех со стороны дирекции ДК и СП, искажающих государственную молодёжную политику и препятствующих клубной работе».

Параллельно им уже существовала знаменитая до сих пор «Годилка». Ныне журналисты, а тогда ещё студенты Андрей Козлов и Денис Яцутко созвали молодых поэтов и филологов 16 августа 1990 года, на следующий день после смерти Виктора Цоя и решили сделать такие встречи регулярными. Интересное название сходка получила от слова «годение», — выжидание — высмеянного Салтыковым-Щедриным в «Современной идиллии».

За углом ДДТ, где сейчас всё застроено, была площадка с лавочками и ивами. Там собиралась тусовка молодой группы Green Hell, которая называлась «Линден». Она просуществовала примерно с 1991 по 1992 год.

Вторая волна: смешать, но не взбалтывать

В 1994 году хиппанская «Годилка» в её первозданном виде исчезла и родилась новая. К Дворцу детского творчества начали стягиваться металлисты и постепенно стали доминирующей силой. Денис Яцутко рассказал, как менялась созданная им с Андреем Козловым сходка:

— Я, честно говоря, даже не знал, что туда пришли металлисты. «Годилка» уже в 1993-м остыла, сдулась и стала очень небольшим междусобойчиком. А когда я в 1996-м году вернулся из Питера, пришёл туда, кое с кем познакомился, появлялся иногда, но в целом это уже без меня шло. Тут в августе же какой-то юбилей был. На горке собирались. Я подошёл, поздоровался с Санфайтом (гитарист группы Green Hell), со мной ещё человек пять поздоровались. Дождался Андрея Козлова, пообщался с ним, да и ушёл. Странно уже это — в нашем возрасте прохладным вечером на улице песни орать.

А в среде «годилковских» металхэдов появился свой негласный лидер – байкер Саша Чара. Сам он никогда не позиционировал себя таковым. Он был харизматичен, умел эффектно подать себя, при этом никогда не был пустословом. Музыкант Артём Дунаев вспоминает, что он всегда отвечал за то, что говорил, мог выйти один против толпы и стоял за своих друзей горой.

— Меня он принял сразу, хотя мне было лет двенадцать. Я был с хаерком, в майке «Коррозии металла». Многие относились снисходительно к юному металлисту, но не гнали. Зато Чара был одним из немногих, кто воспринял меня лояльно и стал брать за собой на свои тусовки. Благодаря ему я сам видел, как формировался «Чёрный треугольник», — вспоминает Артём.

Быть металлистом не так-то просто, так или иначе тебя постоянно будут вылавливать фурапеты, в простонародье — гопники, и мутузить за длинные волосы и майку. В девяностые годы неформал не завязывал хвостиков и всячески показывал свою принадлежность к субкультуре, потому вычислить такого в толпе было нетрудно. Ребятам нужна была защита.

Появился «Чёрный треугольник» — бойцовский клуб, созданный с конкретной целью: отражать нападения фурапетов. Его возглавил Чара, а учил защитников его друг Рома Ромарио. Внешне вполне простой парень: никаких атрибутов неформала, чем-то напоминал актёра Александра Абдулова. Зато он безупречно владел кунг-фу и русским стилем. Молниеносная реакция позволяла ему уложить сразу троих противников. Того же он хотел добиться и от других членов клуба.

Чара нотариально заверил «Чёрный треугольник», и получилось своего рода охранное предприятие. Члены «треугольника» делали соответствующие наколки на руках, правда, не все. Артём Дунаев застал эти тренировки и заварухи, в которых участвовали бойцы:

— Они ходили по 6-7 человек. Если их не было поблизости, нужно было их позвать. Стоят на переходе хиппаны, нападают гопники, ломают гитару, начинается заваруха. Собирались тогда не по двое, была всегда туса не менее 10 человек, поэтому кто-то один должен незаметно метнуться к дому Чары, он как раз жил недалеко. Парни приходили и разносили возмутителей спокойствия.

Третья волна: God save the Queen

В 1998 году «Годилку» стали прогонять от ДДТ, и неформалам пришлось сменить дислокацию. Они «расселились» за загсом в центре города, а в нескольких минутах ходьбы от них на смотровой площадке стали собираться панки.

Параллельно этому «великому переселению» в Ставрополе развилась суровая тусовка фанатов блэк-метала. Они собирались у школы №16, а репетировали в здании политеха, на перекрёстке Ленина и Кулакова. Знали бы нынешние студенты СКФУ, какую музыку записывали в этих стенах.

Первые холодные рифы здесь играла группа Amest Heresy, своего рода эмбрион блэк-метала, а в 1994-1997 годах здесь царствовали Winter Majesty, культовая группа, оставившая в наследие один из первых мире демо-альбов в жанре black metal. В 1997 году в этой тусовке появилась группа «Вельзевул», впоследствии ставшая Baal Zebuth.

В конце девяностых неформалы северо-западного района облюбовали промзону, которую назвали «Крюгер». Наш коллега Евгений Кайбе застал эту сходку:

— «Крюгер» находился на одной из промышленных улиц по пути в ГАИ. Там было двухэтажное здание: на первом из пола торчали железные штыри, а на втором была дыра в полу. Есть легенда, что якобы в эту дыру провалился какой-то чувак и упал на эти самые штыри. Но это не точно. Собственно, из этой истории и пошло название.

Одним из важнейших событий для неформалов девяностых был концерт в мае 1996 года. Тогда порядка десяти ставропольских команд вышли на сцену на площади Ленина. В интернете есть видео выступления группы Odium на этом концерте, но, говорят, где-то хранится и полная запись. На ней всё ставропольское рок-движение представлено в лучшем виде.

Среди выступавших – панк-рок-группа «Комитет общественности». В ней на барабанах играл известный сегодня фотограф Эдуард Корниенко:

— Мы выступали в 1996 году на концерте в поддержку кандидата в Президенты РФ Бориса Ельцина. Одна из песен называлась «Боже, храни Президента!». Мы ещё сильно сомневались относительно выступления с ней, потому что это был конкретный «накат» на главу государства. Тем не менее мы отграли полный сет в том числе и "Боже, храни президента". Мы были счастливы, потому что нам казалась, что своим поступком мы попытались встать в один ряд с Sex Pistols и «Гражданской Обороной»! Сейчас бы нас за неё «закрыли», но тогда, окрылённые этим успехом, мы пытались свернуть горы, выступая на всех значимых рок-мероприятиях и сочиняя новые песни.

Под крышей дома твоего

В 2000-2001 годах улицы Ставрополя облюбовали юные хиппи и панки. Фанаты «Гражданской обороны» и «Короля и шута» заняли площадь у солдата-будённовца, пока ещё целый кинотеатр «Экран» заняла отдельная тусовка хиппи и панков под названием «Тапки». При этом все кочевали.

Основная часть металлистов собиралась вместе только на концертах. До 2003 года местами паломничества были «Кэтхаус» («Кошкин дом») и кинотеатр «Октябрь». Первый работал на улице Тухачевского возле бассейна и университетских общежитий. Клуб позиционировался как студенческий. В 1994 году его открыл Дмитрий Кошкин, и постепенно эту обитель облюбовали рокеры и металлисты. В нём регулярно играли местные группы, самым популярным здешним фестивалем была «Железная среда». Последний громкий концерт в «Кэтхаусе» прошёл в 2003 году, когда на его сцене выступили «Магистр».

«Октябрь» до 2004 года был открыт для сотрудничества со ставропольской рок-тусовкой. На его сцене выступали как местные команды, так и приглашённые музыканты. За всё это отвечал Кирилл Собачинский, человек с запоминающейся манерой общения и организаторским талантом. Он умел и созвать народ, и получить с этого хороший выхлоп. На его концертах выступали все известные ставропольские команды тех лет, а самыми продаваемыми были Baal Zebuth и Саранча, только они могли собрать полные залы.

В 2004 году «Октября» не стало как концертной площадки, и тусовщики перебрались в Дом офицеров. Туда же переехал Кирилл и вплоть до 2007 года раз в неделю или две устраивал метал-сейшены, пока не создал собственную площадку. После него за организацию концертов взялся Сергей Кобылкин. При нём название концертного зала регулярно менялось, но суть оставалась одной: местные рокеры практические жили в «Дофе».

Но всё хорошее когда-нибудь заканчивается. До 2012 года вся ставропольская рок-тусовка от мала до велика отдыхала именно в Доме офицеров, пока его двери не закрылись. Что делать снаружи? Интернет у всех есть, даже самую редкую запись можно найти на задворках мировой паутины, собираться просто ради пива и гитары уже не так интересно, а последние точки соприкосновения неформальных культур и поколений закрываются.

Великое переселение неформалов закончилось, и лишь местами мелькали огоньки былых сходок.

P.S. В 2014 году культовая ставропольская группа Cancroid праздновала свой день рождения. Директор Дома офицеров пошёл навстречу музыкантам с поклонниками и вновь открыл двери большого зала. Но когда ему на голову посыпалась с потолка штукатурка, он понял, что больше металлистов сюда не пустит.

P.P.S. Не стоит думать, что все закрылись дома. «Годилка» каждый год в августе собирается у бассейна «Юность» в центре Ставрополя, а филофонисты открыли свой паб в Перспективном. И там и там старшее поколение рокеров и хиппи с распростёртыми объятиями встречает молодёжь. И хотя такие сходки уже не так мощны, как прежде, и кажутся анахронизмом, хотя бы раз заглянуть на огонёк стоит. Ведь именно там хранится часть живой истории Ставрополя.

 

Сергей Гаврилюк

Фотографии взяты из частных архивов

Открытый диалог, честный ответ Владимир Владимиров провёл очередную «прямую линию» с жителями региона.
Девчонки стоят в сторонке Почему на конкурсе управленцев «Лидеры России» так мало женщин.
«Перекрёсток» шести умов В Ставрополе прошёл второй фестиваль интеллектуальных игр.
Через тернии — к потребителю Как местным производителям завоевать сердца и кошельки покупателей с помощью федеральных сетей.
В плену банкноты: как Ставрополью слезть с иглы наличных денег На Северном Кавказе будут решать проблему финансовой доступности банковских услуг во всех городах, сёлах и самых маленьких посёлках и аулах.
Боевой танец или танцевальное единоборство? На самом деле капоэйра — не танец, не боевое искусство и даже не акробатика в чистом виде. Парадокс кроется ещё и в том, что боевой танец призван бороться с насилием. «Победа26» узнала у руководителя группы «Капоэйра-Ставрополь» Виктора Суслова и активного участника Кирилла Дорофеева, которого свои называют Passaro (в переводе с порт. — птица) чем же на самом деле является капоэйра и поможет ли она, например, в уличной драке?
Аффект бабочки: история одного убийства в Пятигорске Представьте ситуацию: на ваших глазах происходит кровавое убийство с 16 ножевыми ранениями. После этого виновник, за которым раньше не числилось никаких психических отклонений, сообщает, что в момент преступления внезапно впал в состояние физиологического аффекта. Специалисты в пух и прах разбивают приведённые в соответствующей экспертизе доводы, но закон остаётся на стороне подозреваемого. Уголовное дело переквалифицируют со статьи с максимальным сроком наказания 15 лет до той, за которую могут посадить на три года, а самого виновника торжества отпускают домой. Абсурд, скажете вы? Нет, это жестокие реалии семьи Парсеговых из Пятигорска.
Как не стать заложником кредитной истории А также где её посмотреть и как исправить.
Цифровая неизбежность: аналоговое телевидение уходит в историю 15 апреля Ставропольский край перейдёт с аналогового ТВ-вещания на цифровое.
4 совета hr-менеджера студенту, ищущему работу Вопрос о том, когда же лучше искать себе работу, чаще всего возникает у студентов. Когда начинать приобретать тот самый бесценный опыт, который требуют буквально все работодатели от молодых специалистов?
История про волонтёрство — это не только про трагическое Новый виток в развитии волонтёрства ожидает Ставропольский край в ближайшее время. В апреле 2019 года в Пятигорске открывается первый в регионе Ресурсный центр поддержки добровольчества и гражданских инициатив, директором которого назначена Елена Козак. Помимо этого, она присоединилась к Общероссийскому народному фронту в качестве сопредседателя регионального отделения. Пообщавшись с ней, я поняла, что волонтёрство это не только постоянный внутренний надрыв, но и возможность помогать людям через радость, что можно делать мир лучше, не только сталкиваясь постоянно с человеческой болью.
Хроники абьюзера: ни дня без насилия Когда мужчина ежедневно называет жену дурой — это не норма. Когда женщина изо дня в день пилит партнёра — это не норма. Но грустная статистика говорит, что 85% людей живут в подобных браках и уверены, что они счастливы.