Двойная ставка на себя: почему ставропольцы всё чаще берут подработку

Хотелось разнообразия

Ставропольчанка Нина Петрова — типичный представитель нового поколения работников, сознательно выбирающих стратегию поливоркинга, или множественной занятости. В недавнем прошлом она трудилась на должности специалиста по связям с общественностью в образовательной организации, а по вечерам работала куратором онлайн-школы, помогая школьникам готовиться к экзаменам. При этом девушка успевала ещё и посещать пары в университете.

Наша героиня, попросившая изменить имя (ведь на основной работе о её двойной жизни не знают), признаётся: вторичная занятость понадобилась из-за профессиональной стагнации.

«Не было роста на основной работе: ни повышения в должности, ни новых навыков. Захотелось разнообразия и развития»,

— пояснила девушка.

Финансовый вопрос, по её словам, был вторым, но тоже весомым аргументом. Зарплаты перестало хватать для желаемого уровня жизни. Вторая работа позволила увеличить ежемесячный доход до 60 тыс. рублей.

Интересно, что дополнительная работа не отнимала силы, а напротив, помогала в основной деятельности. Навыки кураторства сделали девушку более конкурентоспособной, и она получила повышение по службе.

«Иногда было непросто, особенно в периоды сдачи курсовых работ или в предпраздничные дни, когда на основной работе большая загруженность. Я уставала, но выгорания не было, так как оба вида деятельности мне нравились. Со временем научилась грамотно всё планировать. Были свои плюсы и минусы, но я видела результаты своей работы, это мотивировало продолжать»,

— рассказала собеседница «Победы26».

Сейчас жизнь героини изменилась: она поступила одновременно на две программы магистратуры в два разных университета, и возможности работать онлайн больше не осталось. Однако она допускает, что когда-нибудь вернётся к подобному темпу жизни.

Не от хорошей жизни

История нашей героини — не исключение, а часть глобального тренда, утверждает экономист, доцент кафедры государственного, муниципального управления и экономики труда Института экономики и управления СКФУ Анастасия Кальная.

«Работа над несколькими проектами одновременно, удалённый формат востребованы среди молодёжи, а также используются традиционно в таких сферах как ведение бухгалтерского учёта, образование, медицина, оказание услуг»,

— рассказала экономист.

Она провела исследование среди ставропольцев, занятых на двух и более работах, и выяснила, что более половины респондентов совмещают работу в нескольких организациях не более 5 лет. Главная причина множественной занятости, по словам почти 90% опрошенных, — недостаточный размер оплаты труда на основном месте работы.

Некоторые указывали, что их профессия предполагает занятость в разных местах, и так работают многие коллеги. Другие объясняли, что им нужна подстраховка на случай потери работы. Части респондентов было важно реализовать себя в новой сфере.

Особенно показательно, что треть опрошенных отказались бы от мультизанятости, если бы им стали платить на основной работе в три раза больше.

Запасной парашют

Результаты постоянной множественной занятости предсказуемы: рост доходов и развитие профессиональных навыков сопровождаются постоянной усталостью. Сверхзанятые работники сталкиваются с выгоранием, напряжением в отношениях с коллегами и снижением удовлетворённости работой, поскольку они изо всех сил пытаются успеть везде и сразу. 

«Пожалуй, самый тревожный вывод исследования заключается в том, как сами работники воспринимают феномен поливоркинга. 88,9% опрошенных считают, что множественная занятость — не признак развитой гибкой экономики, а симптом недостаточности базовых зарплат, заставляющий людей брать подработки, чтобы выжить»,

— комментирует Анастасия Кальная.

Участие в нескольких проектах может создавать иллюзию безопасности в постоянно меняющемся мире. При этом участники исследования уверены, что при условии экономической стабильности и низкой инфляции они смогли бы отказаться от множественной занятости. Большинство рассматривают поливоркинг как временное явление. 

«Они хотели бы отказаться от подработок при улучшении экономической ситуации, но признают, что сверхзанятость даёт им определённую свободу — они не зависят полностью только от одного работодателя»,

— заключила экономист.