

Галюгаевская, где родился бойкий мальчишка Дима Дудченко, раскинулась на берегу Терека, на окраине самого отдалённого от Ставрополя Курского округа края. За рекой — Чечня, где ещё лет 25 назад было очень неспокойно.
Страдала от обстрелов бандформирований и станица на другом берегу. Оттого, наверное, там быстро окрепло возродившееся на Ставрополье казачье движение.


Дмитрий с малых лет знал, что предки его были терскими казаками, которых российская императрица расселила на Кавказе для укрепления южных рубежей.
В юности, ещё до армии, он вступил в станичное казачье общество и принял присягу на верность Отечеству, казачеству и вере православной. Патриотизм не был для него пустым звуком: не только далёкие пра-прадеды, но и деды проливали кровь за родную землю. В большой семье деда четверо братьев погибли, сражаясь на фронтах Великой Отечественной войны.
Дмитрий, как многие мальчишки, мечтал о небе, хотел быть пилотом. Судьба связала его с небом, но иначе.
После школы Дудченко призвали на срочную службу, после которой молодой человек заключил контракт и остался в армии. Потомок казаков стал на путь воина и понял, что это его призвание.
В 2014 году боец служил в подразделении, которое выполняло задачу государственной важности — обеспечивало безопасность участников и зрителей во время Зимних Олимпийских игр в Сочи. А с начала специальной военной операции Дмитрий защищает небо в войсках ПВО под позывным Заря.
«Задача — прикрыть наших от воздушного нападения. Мы с ней успешно справляемся»,
— говорит он.


На счету терского казака — вражеский самолёт и немало беспилотников, которые вели разведку и корректировали огонь по российским позициям. За точность и отвагу его удостоили государственных наград: медали Жукова, медали Суворова и медалей «За храбрость» I и II степени.
Вспомнить, за что конкретно присвоен тот или иной знак отличия, Дмитрий просто не может: боевые задачи выполнял каждый день, зачастую вытаскивал с поля боя раненых, спасая жизни товарищам.


Самому бойцу тоже досталось: от обстрелов противника не застрахованы и силы ПВО. Первое ранение он получил летом 2023 года. С другими военнослужащими находился на крыше школы, которая стала мишенью для артиллерии противника.
«Они пристреливались по месту, где мы располагались. Крыша рухнула, и меня придавило обломками»,
— рассказывает казак.
С переломами на несколько месяцев он попал в госпиталь. Но уже к декабрю вернулся в зону СВО.


Второй раз Заря был ранен во время атаки вражеского БПЛА осенью 2025 года. Дрон-камикадзе навели на машину, в которой российские солдаты направлялись на позиции.
«Мы ехали на смену товарищам, которые стояли в расчёте на определённом квадрате и наблюдали за небом. Разведчик заметил машину, и оператор противника прицельно направил на нас одноразовый FPV-дрон»,
— вспоминает военнослужащий.
Водитель постарался увести автомобиль от попадания, и беспилотник взорвался рядом. Машина перевернулась. Дмитрий получил контузию — черепно-мозговую травму. Теперь вот лечится, а после снова вернётся в строй.
Размышляя о том, как изменили характер боевых действий новые технологии, казак всё же считает, что, как и во время Великой Отечественной войны, огромную роль играют личные качества бойцов.
«Всё держится на храбрости солдата и на умении командира принимать правильные решения»,
— утверждает военный.
Заря не считает себя бесстрашным. Каждый здравомыслящий человек в ситуации угрозы для жизни испытывает страх, уверен он. Справиться с переживаниями, по его словам, помогают мужское воспитание, привитая с детства дисциплина и ясное понимание задач.


Дома, в родной станице, Дмитрия ждут родители, жена и полуторагодовалая дочка. Поддержка семьи для него бесценна. Он ждёт каждого звонка родных, с трепетом читает строчки записок в посылках. Благо помощь из тыла приходит регулярно. Волонтёры и администрация координируют сбор и доставку грузов в зону СВО, чётко выполняя просьбы земляков, защищающих будущее России.