

— Иван Николаевич, помните своё первое погружение?
— Первый раз не забудется никогда. Мне сказали: «Если всё понравится — будешь водолазом». Так и случилось.
Мне объяснили, как себя вести, как правильно дышать под водой. У меня был костюм УГК-2, изолирующего типа, который до сих пор используется в зимнее время. Тебя в нём закрывают, и ты оказываешься в замкнутом пространстве. Когда спускаешься, его начинает сдавливать, и нужно «продуться», чтобы не было баротравмы. Допустим, глотательным, зевательным движением продуть уши, чтобы давление выровнялось. Плюс нужно обжаться, то есть вытравить воздух из костюма.


— Трудно быть водолазом?
— Нужна психологическое подготовка, потому что часто приходится извлекать утонувших людей. Кроме того, видимость в наших водоёмах на Ставрополье практически нулевая, до полуметра. Работаем под водой на ощупь. Плюс водоёмы некоторые очень захламлены. Порой приходится спускаться при сильном течении.
Не каждый сможет работать водолазом, поэтому при отборе смотрим первым делом на желание и на здоровье, физическое и психическое. Сейчас к нам приходят ребята, которые в армии служили водолазами, и мы их потихонечку посвящаем во все нюансы нашей работы.


— О чём всегда должен помнить водолаз?
— У каждого в группе есть свои обязанности, которые нужно чётко знать и выполнять. Допустим, ставится задача найти и извлечь вещественные доказательства. Если, например, машину ищем, её нужно подвязать, закрепить трос, вытащить. Водолаз должен следовать командам руководителя спусков, который с берега передаёт сигналы. Время работы зависит от глубины. После того, как отработал час-полтора, нужно отдохнуть, поэтому спускается другой водолаз.
Минимальный состав группы — 3 человека. А полная водолазная группа — 5 человек: руководитель работ, руководитель спусков, обеспечивающий водолаз, страхующий водолаз и работающий водолаз.


— Сколько времени за год водолаз проводит под водой и долго ли может не всплывать при погружении?
— На тренировках и в работе под водой мы проводим около 100 часов. В баллоне обычно 220–230 атмосфер. Как быстро этот воздух израсходуется, зависит от навыков. Если водолаз подготовленный, еженедельно погружается, дышит спокойно, уверенно: вдохнул, чуть задержал воздух, выдохнул, — то он меньше расходует воздух. Многое зависит от задач и глубины. Чем глубже, тем больше расход воздуха. За процессом следит обеспечивающий водолаз. Он держит связь с помощью сигнального конца. Дёрнул один раз — означает «Как себя чувствуешь? Проверь запас воздуха». Водолаз наверху постоянно докладывает руководителю спусков, сколько его коллега находится на глубине. Как только воздух заканчивается — незамедлительно выводим водолаза наверх.
— Что такое сигнальный конец?
— Это верёвка, которая подвязывается к водолазу. Она может послужить страховкой, за неё можно человека вытянуть. Но в основном мы используем её для связи. Радиосвязь в наших условиях не всегда практична. А тут — водолаз зашёл под воду, обжался, дергает за эту верёвку: к работе готов. Ему два раза дёрнули — это значит «двигайся прямо». Он отвечает: сигнал принял, двигаюсь прямо. Один раз дёрнул, потряс — «двигайся направо», два раза дёрнул, потряс — «двигайся влево».
В случае ЧП с работающим водолазом, например, если тот запутался, застрял, аварийный водолаз на берегу идёт на помощь по этому сигнальному концу. Сразу обнаруживает, помогает выбраться. Ну и сигнальным концом мы водолаза подводим в тот квадрат, куда нужно. Рулим работающим водолазом с берега.


— Самое интересное в работе водолазов, это, наверное, какие-то ценные подводные находки. Как в известной песне пелось: «Водолазы ищут клады».
— В этой песне есть продолжение: «Только кладов мне не надо». Вот это про нас. У нас другая специфика работы. Находки, конечно, бывают. Однажды искали вещдок — оружие, а нашли гранату. Понятно, не действующую, но тем не менее. В другой раз снаряд нашли. Вот такие клады бывают у нас. А сокровища не попадались. Для этого нужны металлоискатели, мы с ними не работаем.


— На какую максимальную глубину вам лично приходилось погружаться?
— На 20 метров. У нас в крае на Новотроицком водохранилище нашли такую глубину. У меня, как специалиста высшей водолазной квалификации, есть допуск на 20 метров, а у большинства водолазов ПАСС СК — до 12 метров. Свыше — нужно оборудовать барокамеру, чтобы в случае непредвиденной ситуации можно было для выравнивания давления поместить человека в барокамеру. Так лечат баротравмы лёгких.
— Иван Николаевич, понятно, что водолаз должен быть физически сильным и психически устойчивым. Это нарабатывается с опытом. А какое качество можно считать главным для этой профессии?
— Это всё же, скорее, призвание. Сам человек должен решить, что он готов работать водолазом. При необходимости он должен быть готов выступить и в роли спасателя, а, возможно, и пожертвовать своей жизнью.
А вообще, конечно, любой человек может кого-то спасти из воды. Главное — уметь оказать первую помощь, сделать непрямой массаж сердца и не навредить при этом.


Я провожу занятия с водолазами и матросами-спасателями, со всеми, кто на водоёмах дежурит. Учу, как правильно приблизиться к утопающему, чтобы он тебя самого не утопил, как его правильно транспортировать на берег. Там много нюансов. Но даже девушки, которые работают матросами-спасателями, справляются. Вот помню на Комсомольском пруду был случай: студентка лет 20 спасла тонувшего. Её после этого к награде представили.
А вот среди водолазов девушек я за время свой работы не встречал. Это всё же мужское дело.
— Вот вы говорите: нужно уметь спасать. А как это делать, когда счёт идёт на секунды?
— Ну, желательно всё же не бежать сломя голову, не понимая, что ты делаешь. Нужно трезво оценить ситуацию. Вот будет тонуть какой-то мужчина весом за 100 килограммов, а в тебе веса килограммов 60. А он ещё и далеко где-то, ты увидел с берега. В таком случае лучше позвонить в службу спасения, на помощь кого-то позвать, если рядом есть взрослые.
Ведь бывали такие случаи, что один начинает тонуть, его идёт спасать второй и тонет, потом третий, четвёртый. Потом водолазы приезжают и извлекают погибших из воды.
— В свободное время в отпуск выезжаете на море, на водоёмы? Там погружаетесь с аквалангом, уже, как говорится, для души?
— Если честно, мне погружений хватает на работе. Когда приезжаю на море, не люблю сидеть на берегу, потому что чувствую себя как на работе: где-то кричат, кто-то озорничает, помогите, мол, и я не отдыхаю, очень напряжён. Много лет на пляже работал, спасал людей. Поэтому отдыхать у воды особого желания не испытываю. Стараюсь искупаться и побыстрее уйти.


— И всё же, на календаре май, впереди купальный сезон. Какие рекомендации дадите ставропольцам в канун летнего отдыха?
— В первую очередь хотелось бы, чтобы люди посещали только те водоёмы, где купаться разрешено. Где мы сейчас проводим обследование, где будут подготовлены пляжи, где выйдут дежурить спасатели. До других водоёмов ещё нужно время добраться в случае ЧП.
Второе: вместе с несовершеннолетними детьми обязательно должен присутствовать старший, который умеет плавать и будет постоянно следить, а не распивать спиртное. Вода ошибок не прощает. Отвернулся, заговорился по телефону, зазевался — всё, ребёнок пропал. Потом выясняется, что он утонул и никто не видел этого, хотя на пляже толпа была. Это происходит за секунды. Если пришли купаться с детьми, то через 10-15 минут они должны выйти на берег, погреться, отдохнуть, перекусить. Их обязательно надо контролировать.


Ну и, конечно, не пить алкоголь, не хулиганить, не кричать, не звать на помощь шутки ради, чтобы спасатели, которые дежурят на берегу, не отвлекались на эти шалости. Если вдруг с кем-то беда и у человека силы есть крикнуть «Помогите!», должна быть возможность его спасти.
Спасатели по громкой связи рассказывают о правилах поведения на воде. Прислушивайтесь и не нарушайте.
А коллегам в день профессионального праздника желаю, чтобы количество погружений всегда равнялось количеству подъёмов.
Ранее сообщалось, что в канун купального сезона на Ставрополье губернатор Владимир Владимиров поручил обеспечить безопасность на водных объектах и создать условия для массового отдыха.