

Работа, учёба, покупки, новости, соцсети, управление домом или машиной — практически всё сегодня завязано на связи. За каждым запросом в интернете стоит функционирование большой сети, где все базовые станции соединены между собой оптоволоконными линиями или по радиоканалам.
«Можно провести аналогию с кровеносной системой. Сначала идут крупные сосуды — это транспортные каналы, по ним трафик передвигается между разными частями края или уходит за его пределы. Потом сосуды всё меньше и меньше, и в конце уже самые маленькие капилляры, по которым собирается трафик от самых дальних пользователей. Сейчас, когда наша сеть полностью сформирована, мы занимаемся улучшением на самых тонких частях „сосудов“ — увеличиваем ёмкость, пропускную способность, оттачиваем покрытие. С помощью аналитики мы понимаем, где необходимо развитие, где больше людей, какая плотность населения, какие должны быть транспортные каналы, количество базовых станций»,
— рассказал технический директор оператора в Ставропольском крае Дмитрий Чумаков.


Развитие сети — очень сложный, комплексный процесс, уточнил Дмитрий. Одновременно нужно расширять транспортные каналы связи, обновлять уже давно работающие базовые станции, и запускать новые.
Запуск новой вышки связи начинается с поиска подходящего места размещения — это может быть земельный участок с нужным назначением, где поставят столб или конструкцию, крыша здания или опора двойного назначения, например, модернизированная осветительная опора, на которой установят антенны.
Монтажные работы начинаются только после получения всех необходимых согласований, а непосредственно перед введением в эксплуатацию производится тестовый запуск с замерами. Когда появляется заключение о том, что базовая станция соответствует всем требованиям, её начинают использовать.
В системе работы инженеров связи есть разные отделы. У каждого — свои задачи. Одни развивают транспортную сеть, другие ищут площадки для размещения, третьи — строят объекты связи и замыкают процесс инженеры, которые потом готовую сеть обслуживают. Есть даже свой сленг.
«Базовики, как бобры — они постоянно где-то работают, что-то строят, чинят оборудование. Транспортники отвечают за оборудование транспортной сети. Развитологи развивают сеть. Поисковики выполняют поиск площадок и сопровождение договоров»,
— пояснил Дмитрий Чумаков.


Каждый день инженеров компании начинается с оценки предстоящих задач: где планируются новые запуски вышек связи, куда нужно съездить на монтаж нового оборудования или приёмку работ, а куда — выехать на устранение локальной неисправности. Многие вопросы решаются удалённо, например, перезагрузкой базовой станции или прописыванием её кода в системе, но отдельные случаи, чаще всего обусловленные внешними причинами, требуют выезда на место. Самые напряжённые дни — когда дует сильный ставропольский ветер.
«Рабочий день от погоды очень сильно зависит. Больше всего мы боимся ветра — это главный враг связи, он рвёт электрические провода. Без питания базовые станции долго не выдерживают. Где-то есть хорошее резервное питание, где-то послабее, а электричество во время аварийных отключений может отсутствовать несколько суток»,
— раскрыл подробности руководитель отдела эксплуатации сети Олег Марченко.
Когда разряжаются аккумуляторы, а электричества всё ещё нет, инженерам приходится поддерживать питание базовых станций дизель-генераторами, чтобы люди не остались без связи. Так случилось в канун Нового года-2026. Из-за аварии был обесточен новоалександровский узловой объект, питающий весь округ.
«Если эта базовая станция перестала бы работать, то следом порядка 30-40 объектов „упали“ бы сразу. Ночью ребята туда едут — там не подъехать. Чуть ли не по грудь снега, территория вся заметена метров на 500. Чтобы подтащить генератор, нужно как-то пробиться через эту толщу. Вернулись на утро, каким-то чудом нашли трактор, попросили, чтобы дорогу расчистили, подтащили туда дизель и в Новый год, 31 числа, базовую запитали. Всё это время, почти сутки, она на аккумуляторах стояла, выдержала. Нельзя было допустить, чтобы она выключилась, иначе люди в Новый год остались бы без связи. Внешнее питание там дали только третьего января»,
— вспомнил глава отдела эксплуатации.


Домой базовики тогда вернулись практически под бой курантов и успели встретить Новый год с семьёй.
Второй враг телеком-оборудования — мыши. Часто, выехав на устранение неисправностей, инженеры обнаруживают, что грызуны отменно пообедали оптоволокном.
«Они проникают внутрь базовой станции и магистральную оптику перегрызают. Видимо, она вкусная: сверху резина, внутри стекловолокно. Подключение организовано обычными коммутационными кабелями — они тоненькие, но выполняют транспортную функцию. Мышам без разницы — магистральный это провод или региональный. Заменяем нарушенный участок, ставим ловушки и едем дальше»,
— рассказал Олег Марченко.
Однажды группа инженеров выехала на замену оборудования в отдалённое село Рощино Курского округа. Из-за экстремальной августовской жары вышли из строя отдельные элементы в базовой станции.
«Едем обратно, видим: местные жители стоят — человек 100 — и машины: грузовики, КамАЗы с „Газелями“. Это был август–сентябрь. Они нас останавливают, окружили, спрашивают: „Ребята, ну вы что, сделали связь?“. Мы говорим: „Да, сделали“. Они все пользуются только нашей связью там. И один аксакал — такой с бородой седой — сказал кому-то и нам принесли три огромные дыни, такие вкусные оказались»,
— поделился водитель-экспедитор Олег Дудкин, который вёз тогда группу.
По словам инженера Олега Марченко, подобные случаи — редкость. В основном, связистов ставропольцы встречают нейтрально.
«Уже привыкли. Философски относимся. К хорошему быстро привыкают и не ценят. Может потому, что не знают, какой ценой это всё достаётся, как наши ребята работают. Взять только один этот случай на Новый год. Столько ресурсов, столько времени держали базовую станцию, чтобы не упала связь. И этого никто не видит»,
— посетовал собеседник.


Антенны связи для лучшего покрытия располагаются как можно выше — на зданиях, на специальных опорах, на промышленных трубах и даже на горах.
«Когда мы берём на работу человека, спрашиваем: высоты боишься или нет. Некоторые люди отсеиваются на этапе собеседования, когда узнают, что нужно залезать на высотные объекты»,
— рассказал Олег Марченко.
Одна из первых вышек связи, которую оператор запустил в крае, находится на Машуке рядом с телевышкой. Для бесстрашных инженеров открываются лучшие виды.
«Первый раз залез в Михайловске на мачту высотой 75 метров. Я помню восторг и мурашки по коже. Это очень необычное ощущение. Вид безумно красивый. Я залезал на ГРЭС в Невинномысске. Сейчас у нас там мачта, а когда-то, в самом начале, когда МТС только запустился, мы на самих трубах стояли. Антенны висели на 160 метрах, а труба — на 250. Там лестница по ней, через каждые 10-15 метров — площадки для отдыха. Я помню горизонт далеко-далеко и в туман всё уходило. Был уже вечер, вдаль куда ни смотришь — всё в дымке»,
— вспомнил руководитель отдела эксплуатации.


«Лишние» люди в связи не задерживаются, подчеркнул технический директор компании Дмитрий Чумаков. Работа сложная, ответственная, требует полной самоотдачи и постоянного интереса. Например, этой весной инженерные бригады со Ставрополья несколько дней провели в Дагестане, куда отправились на подмогу республиканским коллегам-связистам. Общей задачей было во время прохождения пика паводка сохранить связь для местных жителей, терпящих бедствие.
«В техблоке нет равнодушных людей. Авария воспринимается как личное оскорбление. Всем хочется быстрее эту ситуацию устранить. В идеале работаем так, чтобы люди даже не замечали какой-то неисправности. Только такие люди приживаются. Остальные выветриваются. Нужно, чтобы тебе до всего было дело. Любопытство и нетерпение, небезразличие. Чтобы в случае выявления неисправности у тебя в душе огонёк горел, что нужно срочно устранить, потому что людям плохо — они не могут позвонить, сейчас без телефона никуда»,
— добавил Дмитрий Чумаков.
Ранее сообщалось, что за прошедший год на Ставрополье застройщики в три раза чаще внедряли цифровые технологии в новостройках.