Отсрочки, субсидии, интервенции: чем компенсируют отсутствие экспорта зерна через Чёрное море аграриям Ставрополья

Ждать месяц?

Отгрузки зерна в Новороссийском порту прекратились после атаки БПЛА 12 августа, рассказал «Победе26» менеджер экспортной компании Илья Бабушкин, который обычно занимается закупками зерна в Ипатовском округе Ставропольского края, но сейчас вынужден взять паузу. Выведены из строя все три зерновых терминала.

«По предварительным данным, всё будет закрыто ещё примерно месяц. Ёмкости для накопления зерна на юге России пока есть, но так как на международный рынок фактически ничего не отгружается, а уборка продолжается, они забиваются буквально за несколько дней. Думаю, что к концу августа всё будет занято»,

— предполагает менеджер.

По его словам, переориентировать экспорт на порты Балтийского и Каспийского морей, а также Дальнего Востока по предложению Минсельхоза будет сложно из-за проблем с ГСМ.

«Машины по всей стране попадают в засаду на заправках. Возникает длительный простой. А по железной дороге наша компания уже давно ничего не отправляла. Хотя там всё работает чётко, как часы. Наверное, если выделят товарные вагоны и привлекут обученных специалистов, которые смогут правильно оформлять накладные и другие документы, проблем не будет. Практически все крупные элеваторы обеспечены подъездными ж/д путями»,

— рассуждает он.

Иран Африку не заменит

Однако порты Балтики и Каспия не способны принять столько ставропольского зерна, сколько уходило через Чёрное море, уверен председатель Ассоциации крестьянских (фермерских) хозяйств (АККОР) Ставропольского края Сергей Колесников. Кроме того, для новых направлений экспорта придётся менять всю логистику: переходить с автотранспорта на железнодорожные перевозки. И нет гарантии, что всем хватит вагонов.

«Юг России традиционно ориентирован на доставку автотранспортом в порт Новороссийск. Через Каспий в Африку мы зерно не вывезем. Через Балтику могли бы, но сейчас идёт массовая уборка в Центральной России, там своего зерна хватает. Попозже будет и сибирское зерно. При этом мы видим рост валового сбора по сравнению с прошлогодними показателями по России»,

 — говорит председатель АККОР края.

Вывезти зерно через Грузию не получится, полагает он. Во-первых, на пограничном пропускном пункте «Верхний Ларс» постоянные пробки, а во-вторых, грузинские порты не имеют инфраструктуры для перевалки больших объемов зерна.

Можно было бы везти автотранспортом в Турцию, где есть зерновые терминалы в портах, через ту же Грузию или Азербайджан, но это очень дорого.

«Отправить одну машину до Азербайджана стоит около 1500 долларов (около 130 тыс. рублей — Прим. ред.). То есть цена перевозки зерна будет высокой. И где набрать столько автотранспорта?»

— указывает на сложности Сергей Колесников.

Фермер из села Раздольного Евгений Мерзликин сам возил пшеницу прошлого урожая в Новороссийский порт. Свежее зерно ему пока продать не удалось.

«У всех экспорт стал. Все сидят и ждут, когда заработают терминалы в Новороссийске. Каспийский порт не может принять такой объём. Он рассчитан на перевалку 2 млн тонн в год, а Новороссийский — на 10 млн тонн. И через Каспий экспортировать можно в Иран, Афганистан, но не в Египет и другие страны. Через Чёрное море контрактов на экспортные поставки гораздо больше»,

— поясняет аграрий.

Внутренние цены ниже

Продать часть зерна теоретически можно российским мукомолам или животноводам, но они, по словам Евгения Мерзликина, предлагают низкие цены — около 9 тыс. рублей за тонну, что не оправдывает даже себестоимости. В порту Новороссийска в июле фермер реализовал зерно по 15 тыс. рублей за тонну без НДС. Даже с расходами на топливо — около 2,5 тыс. рублей на тонну — это было выгоднее, чем сбыт на внутреннем рынке.

Сейчас мировые цены на пшеницу из-за проблем с экспортом из России и Украины выросли. Тонна зерна на Московской бирже продаётся по 230 долларов, то есть по 19,5 тыс. рублей за тонну с учётом НДС. Но ставропольскому новому урожаю попасть на внешний рынок сейчас почти невозможно.

При этом пошлина на экспорт автоматически вдвое выросла, потому что зависит от разницы между базовой ценой в 18 тыс. рублей за тонну и биржевыми котировками. До 18 августа государство брало по 326,6 рубля за тонну пшеницы, а с 19 по 25 августа будет получать по 721,1 рубля с тонны. Экспортёры, как правило, перекладывают на производителей расходы на пошлину, поэтому цены внутри страны могут ещё больше уйти вниз.

Ждать, пока в Новороссийске восстановят терминалы и начнутся закупки по экспортным расценкам, аграриям сложно.

«Сейчас у многих склады с зерном заняты. А надо ещё принять подсолнечник и кукурузу. Будут вопросы с хранением»,

— говорит Сергей Колесников.

Есть, конечно, современные технологии, позволяющие хранить пшеницу, например, в полиэтиленовых рукавах. Но для этого нужно дополнительное оборудование, а значит, деньги на него.

«Но свободных средств сейчас ни у фермеров, ни у сельхозпредприятий нет. Мало того, что зерно не продаётся, ещё и топливо подорожало, затраты выросли, а надо готовить почву к осенней посевной, закупать удобрения, семена»,

— делится заботами глава АККОР Ставрополья.

Все меры хороши

Сразу после остановки отгрузки в Новороссийске министр сельского хозяйства России Оксана Лут анонсировала дополнительные меры поддержки аграриев. Спустя неделю в СМИ появилась конкретика. Как сообщили в Союзе экспортёров и производителей зерна, прорабатываются действительно эффективные предложения: пролонгировать льготные краткосрочные кредиты, ввести субсидии производителям зерна и провести зерновые интервенции. 

«Всё это полезно и нужно. Мы ежегодно берём льготные кредиты. Этой весной покупали на них солярку, удобрения, средства защиты растений. Вернуть деньги банку надо до конца года»,

— рассказывает Евгений Мерзликин.

Субсидиями, он, правда, не пользуется, потому что они слишком незначительные по суммам, а требуют много хлопот по сбору документов. В интервенциях тоже участвовать ещё не доводилось.

Председатель фермерской ассоциации Ставрополья согласен, что все эти меры спасительные. По его словам, можно было бы пролонгировать не только субсидированные кредиты, но именно для льготных заёмщиков это особенно важно, так как при просрочке их переводят на коммерческие ставки.

График погашения краткосрочных кредитов, как правило, предусматривает возврат в августе–сентябре, после реализации урожая. У многих сельхозпроизводителей есть ещё долгосрочные кредиты и лизинговые обязательства, по которым тоже надо платить.

«Кое-кто уже выходит на просрочку, и ситуация патовая. Переработать внутри страны такие объёмы невозможно. Плохо, что у нас слабо развито животноводство, то есть и скормить зерно некому. Это в очередной раз доказывает, что нужна диверсификация сельского хозяйства. Производство зерна ориентировано на экспорт 60-70 млн тонн, которые теперь будут оказывать давление на цены в России»,

— полагает Сергей Колесников.

Зерновые интервенции, на его взгляд, поддержали бы цены на внутреннем рынке и помогли освободить склады для следующих культур. А субсидии дали бы возможность подготовиться к посевной, чтобы проблемы с экспортом не ударили по урожаю будущего года.

В этом году на Ставрополье собрано 9,2 млн тонн зерновых и зернобобовых культур, сообщил губернатор края Владимир Владимиров. В прошлом году урожай был ещё больше, но при этом более половины, по данным Северо-Кавказского филиала Центра оценки качества продукции АПК, вывезено за пределы края — 5,96 млн тонн зерна, преимущественно пшеницы. Напрямую из региона на экспорт оформлены 618 тыс. тонн зерна, в основном в Армению, Азербайджан, Грузию и Белоруссию. А всего в числе импортёров были 25 стран мира.