

В августе 1942 года Кистенев отказался эвакуироваться в тыл Красной армии и остался в оккупированном Железноводске. Он работал начальником пожарно-сторожевой охраны на заводе №3 «Кавминрозлив». 24 августа добровольно пришёл в гестапо и заявил о своей враждебности к советской власти. После этого его завербовали в качестве секретного сотрудника немецкой полиции.
По заданию немецкого связного Кистенев получал задания о розыске ответственных работников исполкома и горкома ВКП (б). Он сообщил о более чем шести советских активистах. В результате троих из них задержали и впоследствии казнили. Кроме того, Кистенев следил за членами партии и их семьями, пытаясь выявить возможные связи с партизанами.
Во время оккупации он также участвовал в запуске завода «Кавминрозлив», где руководил производством и рабочими. Предприятие выпускало минеральную воду для снабжения немецких войск. По данным следствия, Кистенев жестоко обращался с работниками, в том числе избил сотрудницу, состоявшую в ВКП(б).
Следствие по делу завершили в феврале 1945 года. 9 марта того же года военный трибунал войск НКВД Ставропольского края признал Кистенева виновным в измене Родине. Его приговорили к расстрелу с конфискацией имущества.
Ранее сообщалось, что на Ставрополье захоронили останки восьми участников ВОВ. Погибших воинов нашли недалеко от бывшего хутора Нортон.